Свежие комментарии

  • Серж Южанин
    Депутат Лебедев п...
  • Кузя Домовая
    Плющенко шестёрка Рудковской с кастрюлей на голове и чемодан без ручки фирмы Луи Витон! Рудковская держит его как руч...Радимов: «Плющенк...
  • Кузя Домовая
    Да помним мы как Плющенко снялся с ЧМ в Турине.Просто подставил страну потому что боялся что кто то станет чемпионом...Рудковская заступ...

«Цель — играть в футбол в стиле «Ливерпуля». Томас Цорн рассказал о трансферах «Спартака» все

«Цель — играть в футбол в стиле «Ливерпуля». Томас Цорн рассказал о трансферах «Спартака» все

Новый генеральный директор «Спартака» Томас Цорн быстро стал одной из важнейших фигур в клубе. Летом красно-белые расстались с целым рядом игроков и, по сути, создали новую команду. За всеми этими трансферами стоял Цорн. Гендир «Спартака» в интервью ведущим российским спортивным СМИ рассказал, почему ушли Зе Луиш и Адриано, как велись переговоры с Тилем и Кралом и как строится его работа с Федуном и Кононовым. Через полчаса вы будете знать все о трансферной политике «Спартака».

«Опция выкупа Шюррле — менее 8 млн»

— Когда срабатывает опция по выкупу Шюррле?— Мы должны принять решение до середины мая.

— В этом вопросе все зависит только от вас?— Да. Если мы решим взять, то нет факторов, останавливающих это решение.

— То есть это может произойти в любой момент до середины мая?— Конечно. Мы должны написать письмо, что мы его берем, и они обязаны его продать.

— А сам Шюррле?— Мы не можем заставить его остаться. Но я не думаю, что он будет против. Посмотрим.

— Повторение истории Бекао и ЦСКА исключено?— Я думаю, что да. Но время покажет.

— Не считаете, что выкуп Шюррле за восемь миллионов евро — это дорого?— Я не могу вам сказать цифру выкупа, но она намного меньше той, чем вы озвучили. Намного — это не на миллион и не на два.

— Возможно, что вы активируете опцию выкупа уже зимой?— Я не знаю. К чему спешка? Давайте посмотрим его на длинной дистанции.

— В текущем контракте прописан срок, на который вы обязаны подписать с ним соглашение в будущем?— Нет. Но у нас есть определенная договоренность с Шюррле.

— На три года?— Не скажу, но не три года.

«Продажами нужно было компенсировать отсутствие ЛЧ»

— Я правильно трактую ваши слова, что у вас положительная разница между продажами и покупками в это трансферное окно?— У нас рекордное лето по продажам. На такую сумму мы никогда не продавали.

— Такая сумма — это сколько? 30-35 млн. евро есть?— Сумму озвучивать не будем.

— Мы ориентировались на Transfermarkt, а сумма может быть разной. В том числе существует и разбивка по платежам. — Конечно, все не платят все и сразу.

— Правильная цифра по продажам — 35 млн?— По итогам окна я могу сказать только несколько вещей: с Тилем у нас рекордная покупка, мы за столько никогда не покупали. Но это не 18 млн, как писали в прессе. Мы много кого отпустили и на их место взяли новых. Кроме того, мы очень сильно сократили зарплатную ведомость. Если учитывать все факторы — мы не ушли в минус.

— Вы сказали, что в это ТО были рекордные продажи. Из чего вы исходили, когда продавали футболистов? По какому принципу расставались?— Разные причины. На сборе я с каждым футболистом поговорил. Потому что считал правильным: если пришел новый человек, новый руководитель, то нужно хоть раз со всеми пообщаться. Чтобы с началом сезона не было такого, что ни я никого не видел, ни меня никто не видел.

Одна из причин расставания — омоложение состава. Мы исходили из того, чтобы в составе были молодые ребята, которые могут играть все 90 минут. Вторая причина — это ребята, которых можно продать с доходом. Не нужно забывать о финансовом fair-play — у нас есть рамки, в которые необходимо вписываться. У нас нет Лиги чемпионов, нет каких-то дополнительных доходов, поэтому мы должны были как-то генерировать деньги. Нужно было продажами компенсировать отсутствие Лиги чемпионов. Поэтому произошла продажа Фернандо.

— Чтобы компенсировать сумму за невыход в Лигу чемпионов?— Конечно, упущенный доход от этого турнира.

— Получается, вы должны были продать игроков на сумму 25 млн?— Да.

— А третья причина — высокая зарплата некоторых игроков?— Да, и это тоже.

— У вас есть какой-то грейд, по которому вы говорите: «Все, ребят, вот эта сумма — потолок зарплат. У кого выше — мы либо продаем, либо договариваемся о снижении»?— Нет, такого у нас нет. Новые контракты намного меньше. Мы реально срезали расходы. Я не садился за обсуждения с игроками о новых соглашениях. Потому что тогда надо контракт продлевать. Я этим пока не занимался, и у нас сейчас все нормально по зарплатам.

— Говорили, что Адриано и Зе Луиш хотели уйти. Или это неправда?— Нет, они хотели уйти. Это случилось, потому что у Адриано было хорошее предложение из Бразилии. Зе нам надо было продать, чтобы заработать реально хорошие деньги, что мы и сделали, даже с учетом агентских выплат и компенсаций. Мы еще в плюсе остались. Кроме того, Зе хотел поехать в Португалию.

— Он хотел конкретно в «Порту»?— Нет. Просто, когда эта опция всплыла, он заинтересовался.

— Он хотел играть в «Спартаке» дальше?— В принципе, я думаю, да.

— То есть, если бы не пришло «Порту» и не сказало бы: «Мы тебя хотим».— Ну, в условный Китай он бы не поехал.

— А был вариант не отдавать, например, Зе, зная, что уйдут Фернандо и Адриано?— Откуда тогда брать 25 млн? *

— Положение стало безвыходным?— Конечно, мы не могли не продать Зе Луиша, потому что нам нужен доход. У нас по Фернандо было только одно такое большое предложение, но его не устроили условия. У нас была установка эту дырку в €25 млн закрыть.

— Была возможность продать Зе за большие деньги? «Порту» же знал, что вам нужно было обязательно с ним расставаться. — Мы так разговор не вели и не говорили: «Купите его, пожалуйста». В такой ситуации включается сам игрок и его агенты, которые начинают давить на клуб. У клуба тоже была ситуация, потому что тренер знал Зе и хотел его. То есть не было такого: «Давайте предложим, а они все равно придут к нам». Нет, мы с ними долго торговались.

— Зе, в общем-то, формат Англии. Почему люди, которые у вас занимаются трансферами, не нашли ему там вариант?— Это у них спросите. Нам в клуб официально не приходил интерес из Англии. С «Порту» сложилось, потому что там был его бывший тренер, и он захотел.

«Главное для «Спартака» сейчас — не игра, а результат»

— Сейчас складывается такая ситуация, когда в команде один номинальный нападающий.— Почему один? Ларссон и Понсе.

— Я имею в виду двух с хорошим ростом и физическими данными.— А зачем? Я недавно был в Женеве и сидел на ужине с CEO «Ливерпуля» — Питером Муром. Он как раз говорил: «У нас нет ни одного нападающего». Тем не менее «Ливерпуль» играет хорошо. У нас тоже есть цель играть в похожий футбол. Поэтому рослый нападающий — это не маст хэв.

— Но в том же «Ливерпуле» есть такие игроки, как Мане и Салах, которые могут убежать и решить любой эпизод. И есть Фирмино, который играет на позиции форварда.— Вы хотите сказать, что наши так не могут?

— Нет, я хочу сказать, что пока не видно футболиста, который мог как Промес решать моменты.— Ну, дайте время. Команда только сформировалась. Посмотрим, какие они смогут решать задачи.

— Как можете оценить трансферную политику по пятибальной шкале?— Я же не могу сам себя оценивать, это должны делать болельщики. Лично я по трансферной политике выполнил все, что хотел.

— Непонятна ситуация в центре поля. Как команда должна забивать, если там нет игрока с суперклассным ударом и функциями разыгрывающего?— В современном футболе физика — очень важный фактор. Российский чемпионат требует хорошей физики. Это не чемпионат Испании, где можно много на технике выехать и меньше обращать внимания на физику. У нас был шикарный Фернандо. Посмотрим, как будет сейчас.

— Просто вы говорите про систему. То есть сейчас это подразумевается как игра с тремя центральными полузащитниками?— Система — бороться на высокой скорости, играть все 90 минут.

— Это система клубная или тренерская?— Общая. Мы с Олегом Георгиевичем сели и обсудили, в каком виде «Спартак» будет играть в будущем. И нет такого, что мы ему покупаем тех, кого он не хочет, или наоборот, он рекомендует тех, кого мы не хотим брать. Играть так — это позиция клуба и тренера.

— То есть тему Бесковского кружевного футбола можно считать закрытой? Многие ругают «Спартак» за отсутствие такой игры.— Я думаю, сейчас главным для нас является результат. Понятно, что всем хочется видеть какой-то комбинационный футбол, но почему-то никто не смотрит на то, что мы выигрываем матчи. В современных реалиях чемпионата России наша цель — поставить эффективный футбол.

— Можете раз и навсегда закрыть тему Бесковского футбола, потому что все продолжают над этим шутить?— Для нас сейчас главное — результат.

«На перспективах Кононова вылет из ЛЕ никак не сыграл»

— Не мог не сказаться на вашем восприятии тренера вылет команды из Лиги Европы. Во-первых, больно ли это для вас? Болельщики разделились на два лагеря.— Вылет из Лиги Европы в нашем случае никого никогда не может устраивать, потому что мы хотим играть и проходить как можно дальше. Нет такого, что что-то нас не интересует. Большой минус — это упущенный доход от невыхода в групповой этап. И неважно, от кого вылетать.

— Одно дело вылететь от «Челси» или от «Баварии», а другое — от «Браги». Из-за этого что-то поменялось в вашем восприятии тренера?— Нет, ничего не изменилось. Потому что нас устраивает Кононов. Мы совсем недавно привезли ему последнего нового футболиста. Давайте сейчас посмотрим, как у него получится поставить игру обновленной команды. Ребята тоже должны сыграться. Шюррле приехал, три месяца не играл, а потом сразу вышел на несколько матчей. Было видно, что ему тяжело и что ему нужна была пауза. И не только он устал. Тот факт, что команда осталась без Лиги Европы, облегчает нам календарь. Это даст возможность тренеру, может быть, где-то дать свои наставления, поставить свой стиль игры. Если захотеть, можно найти позитив даже в таких вещах.

— Для перспектив этого тренера в «Спартаке» Лига Европы никак не сыграла?— Для перспектив Кононова — никак не сыграла.

— Не сыграла, потому что вы понимали, что у него не все игроки были в обойме на европейский турнир?— Да. У него не было возможности задействовать некоторых игроков. Кроме того, он не успел дать команде какой-то импульс, потому что футболисты реально готовились в очень плотном режиме от матча к матчу.

— Вариантов тормознуть того же Тиля или Ларсона не было, чтобы они могли играть в Лиге Европы за «Спартак»?— Нет. Во-первых, когда мы до той стадии переговоров дошли, некоторые футболисты уже сыграли в ЛЕ. Во-вторых, в ситуации с Тилем клуб нас попросил оставить его в заявке на ЛЕ, для них это категорически важно.

— То есть фактор того, что эти два в будущем ключевых игрока не смогут быть заигранными в Лиге Европы, для вас ключевым не был?— Не был, потому что ребят мы берем на долгий срок с ростом, с перспективой, и мы не могли отталкиваться от одного или двух матчей. Мы мыслим дальше. Я считаю, наша цель — попасть с этим составом в групповой этап Лиги чемпионов по итогам сезона. Это приоритет.

— Какие цели сейчас стоят перед тренером и перед командой? Если «Спартак», условно, займет третье место, которое не дает прямого выхода в Лигу чемпионов, Кононов будет уволен?— Кононов — наш тренер. Я не могу предугадать, что будет в конце сезона. Посмотрим.

— Допустим, один турнир тренер уже проиграл. Если он еще проиграет Кубок и займет 3-е место, то будет уволен?— Давайте говорить по факту. Тренер должен поработать.

— Для вас сейчас важнее, чтобы в команде была хорошая атмосфера и какой-то прогресс прослеживался в игре?— Для меня важно, чтобы дискуссия вокруг тренера прекратилась. Он — наш действующий наставник, мы ему доверяем. Он должен развивать команду и дать ей какой-то свой стиль, свой почерк. Давайте посмотрим, как у него это будет получаться.

— Как сейчас ведется диалог с фанатами? Мы все помним прошлый сезон, когда часть фанклуба выступала за руководство и за Глушакова, а другая рисовала перечеркнутые восьмерки.— Мы несколько раз встречались в большом кругу, не только с фан-клубом, но и с другими группировками. Я участвовал в этих встречах, Кононов, Леонид Арнольдович. У нас открытая коммуникация с ними. Пока проблем с ними у нас нет. Ситуация потихоньку налаживается. У нас есть коммуникация и совместная цель, к которой мы стремимся.

— Вы можете объяснить, зачем нужно было переподписывать Мелкадзе, когда у человека зарплата три миллиона и 0 голов?— Во-первых, Мелкадзе — воспитанник «Спартака». Во-вторых, он очень хорошо проявлял себя на юношеском уровне. Сейчас клуб должен дать ему возможность развиваться — это был знак от клуба. Ведь аренда — это неплохой вариант. Если футболист не готов сейчас выходить в старте, то нужно найти ему команду, где он будет играть и развиваться.

— Вы считаете, что потенциала Мелкадзе достаточно, чтобы вернуться и играть в основном составе «Спартака»?— Это зависит от него. Я считаю, что мы этой арендой дали ему возможность расти. А до какого уровня он дорастет, об этом пока никто не знает.

«При переговорах с игроком мы показываем ему два видео»

— Какие перспективы у Педро Роши в «Спартаке»?— Пока он в аренде, посмотрим на него, зимой увидим.

— В Чехии писали, что вы за четыре дня чуть ли не в три раза увеличили предложение по Кралу. 12 миллионов — не слишком много?— Такой трансферный рынок сейчас. На Крала также претендовали из АПЛ. Для нас это очень большой трансфер, 12 миллионов — немаленькие деньги, в конце концов. Но Крал — один из самых талантливых игроков своего возраста в Чехии. К тому же он играет в основном составе сборной. Я вижу потенциал роста. Думаю, что мы потом сможем его продать с позитивной разницей. Это наша цель. Мы должны его развивать, давать ему игровое время. Такой футболист может быть интересен английскому и немецкому футболу в перспективе.

— С какого предложения вы начинали переговоры?— Про цифры мы сейчас не говорим. Сделка состоялась из-за того, что мы рано вошли в переговоры, и для чешского клуба, который попал в Лигу чемпионов, это было важно. Потому что они не очень сильно хотели его продавать. Поэтому мы сделали паузу, дали ему доиграть раунд в квалификации ЛЧ. И чехи сказали, что уважают нашу позицию.

— Чешский футбол — это вообще показатель? Вот есть Комличенко, который забивает по 28 голов за сезон, а у нас он даже за два миллиона никому не нужен.— Это не зависит от нации. Это зависит от индивидуальных качеств каждого футболиста.

— Но чем тогда крут Крал?— Тут несколько факторов. Он физически очень сильный, это показали даже тесты, которые мы делали в клубе. У него правильный настрой, ему ничего в жизни не давалось легко. Еще с юного возраста он дополнительно работал с мотиваторами, с психологами. Также важен юный возраст, перспектива.

— Если бы трансфер Тамеза не сорвался, то Крала бы не было?— По Тамезу вели переговоры, и параллельно вели Крала, но он возник раньше, они не дублировали друг друга.

— Что случилось с Тамезом?— Сам футболист не был готов к переходу. Тамез — игрок, который может дать результат, но не факт, что ты на нем дальше деньги отобьешь. А Крал может дать результат сейчас и потом расти.

— У вас есть разочарование от срыва сделки по Тамезу?— Нет, я подчеркнул, что игрок нашего первого выбора — Крал.

— Но когда игрок не приезжает на медосмотр — это разочарование?— Он не приехал на медосмотр, потому что не было и изначального трансфера. Мы приехали туда, разговаривали с агентами и готовы были провести медосмотр, но в итоге не договорились.

— Правда, что у «Спартака» довольно жесткие дисциплинарные санкции, когда гарантированная часть зарплаты составляет небольшая сумма, а все остальное клуб может вычесть в качестве штрафа? Говорят, что Хаджи и Тамез отказались как раз из-за такого пункта.— В «Спартаке» контракты составлены так, что гарантированная зарплата и премиальная часть разделены. Но в наших контрактах нет такого пункта, из-за которого игроки боятся ехать. А у Тамеза совсем другая история.

— У Тиля большая сумма трансфера — 15 миллионов. Вы не считаете, что и Тиль, и Крал дублируют друг друга по позиции?— Нет, и Кононов так не считает. Крал может играть центрального защитника, в клубе он выходил на позиции опорника и «бокс-ту-бокс». Он хорош в отборах. А в сборной Чехии его десяткой иногда ставят. Грубо говоря Тиль — десятка, а Крал — шестерка.

— Когда вели переговоры с Кралом, обозначили его позицию на поле?— C моим приходом на переговорах с игроками мы показываем два видео. Первое рассказывает европейцам о Москве. Мы его рассылаем, чтобы игроки сначала ознакомились с тем, куда едут. Узнали, что медведи по улицам не ходят.

И второе видео. Его мы составили совместно с тренерским штабом о тактике, о стиле игры, чтобы футболисты понимали, куда приходят и на что им настраиваться. Поэтому, конечно, мы сказали, что видим Крала в роли опорника.

«Иногда Федуну рекомендуют футболистов»

— Бывает такое, что вы общаетесь с Федуном, и он приносит список игроков, которые хотел бы видеть в команде? У Леонида Арнольдовича нет кого-то, кто советует ему игроков?— Да, ему иногда звонят люди, рекомендуют футболистов, а он эту информацию спускает мне. У нас ежедневная коммуникация.

— Не считаете, что вы купили двух футболистов, Крала и Тиля, с большим потенциалом, но по их максимально высокой цене?— Вы смотрите цену сегодня или в будущем? Если он будет на скамейке, то это будет 0, если будет играть, то может стоить за 20 миллионов. Рынок определяет цену. У Тиля были предложения из других европейских лиг с ценой более 14 миллионов. Также два предложения из Англии. Так что 15 миллионов за голландца — это недорого.

— Когда вы покупаете футболистов, вы же пишите бизнес-план. В том бизнес- плане, что вы подавали руководству, потенциал цены Тиля?— Я не могу сказать, за сколько мы их продадим. В будущем деньги за них можно вернуть. Это наша обязанность — довести их до того, чтобы продать.

— По Тилю и Кралю был единовременный платеж?— Конечно, нет, он разбит. Единовременных практически во всем современном футболе нет.

— Какова роль Олега Георгиевича в трансфере Мирзова?— Мы хотели этого футболиста, и мы его взяли.

— Уже понятны цели на зимнее ТО?— Пока мы укомплектовались. Давайте посмотрим, как команда будет выступать в следующих играх.

— Вы считаете, что в команде сейчас нет дефицита ни на одной позиции?— Я считаю, что нам нужно посмотреть, как команда будет играть в этом составе.

— Каковы перспективы Александра Селихова?— Мы не знаем еще сроков восстановления. Давайте посмотрим, когда он вылечится, — наша задача вернуть его на определенный уровень.

— Почему ушел Михаил Вартапетов?— Вартапетов долго отработал в клубе, и сейчас идет плановое обновление всех структур. Мы расстались нормально, никаких обид нет.

— Зачем вам нужен был Маринато Гильерме?— Мы рассматривали рынок и рассчитывали наши возможности, потому что Селихов в тот момент только восстанавливался после травмы. Нужна была какая-то подстраховка. Но в итоге мы решили довериться Максименко.

— Чем вас покорил Гилерме?— А какой смысл говорить об этом? Мы же не взяли его.

— Хотели ли вы Левашова? Это была кандидатура тренера?— Нет, мы рассматривали ряд вратарей из многих клубов, смотрели, кто номер один, кто играет, и оценивали.

— Повлияло ли мнение фанатов, которые восприняли в штыки возможный приход Гильерме, на отказ от его трансфера?— Повлияли в первую очередь личные качества Максименко. Мнение фанатов важно всегда, но это не был решающий момент.

— Лоренцо Мельгарехо — единственный игрок, которого вы хотели куда-то отдать, но не отдали. Почему?— Не нашлось достойных предложений, которые устроили бы и клуб, и игрока.

— Агент Мельгарехо высказался довольно жестко по отношению к клубу и тренеру. Были ли какие-то санкции к игроку?— Не может быть никаких штрафных санкций к игроку за слова агента, бабушки или мамы.

— За Шюррле была большая конкуренция? Можно ли сказать, что вы предложили самые лучшие условия по контракту?— Я не знаю, какие были другие условия, но уверен, что у нас были не самые большие. Мы были просто самые убедительные. У нас общий пакет сделки для Шюррле стал самым оптимальным: сам клуб, его статус, доверие от тренера и руководства к игроку. А не финансовые условия.

— Будете на фоне травмы Селихова искать вратаря из свободных агентов или зимой? Поднимете Романьоли?— Это будет решать тренерский штаб. Это их работа, и я не буду в нее вмешиваться.

«По Мирзову консультировались с Черчесовым»

— Вы говорили, что берете игроков не для тренера, а для клуба. Из всех кандидатов кто был от Олега Георгиевича?— Это всегда должно быть совместное решение тренера и клуба. Если он сказал да, а я — нет, то это значит, мы должны сесть, совместно обсудить плюсы и минусы и выбрать лучший вариант для клуба.

— В прошлом году «Спартак» выплатил 700 миллионов агентских. Возможно ли, что при Томасе Цорне сумма будет примерно такой же?— В некоторых случаях, например, при продлении, мы вообще не платили. В случае покупок мы ни разу не вышли за рамки 10 процентов от фиксированной заработной платы данного футболиста. Допустим, игрок получает фиксированную зарплату миллион в течение четырех лет. Значит, берем 10 процентов от четырех миллионов.

— Как вы реагировали на травлю Мелкадзе?— Травля по многим идет, по каждому кандидату, кто неправильно посмотрел, пас отдал. Главное — изолированно от этого оценивать игрока и смотреть его потенциал. На данный момент Мелкадзе ушел в аренду, так как не соответствует требованиям «Спартака», но к этому он может прийти через аренду, работу, он молодой футболист. Когда мы продлевали с ним контракт, мы заплатили 0, хотя в агентских кругах говорят другое.

— Существует ли в клубе проблема Ильи Кутепова? Игрок сборной России сидит на скамейке и совсем не играет.— Кутепов все адекватно понимает и принимает. Конечно, его не может устраивать ситуация, когда он не играет, ведь он все-таки отыграл очень хороший ЧМ, и у него есть спрос с себя. Мы регулярно с ним общаемся, и я ему даю знать, что он важный игрок для команды. Это футбол, здесь может быстро измениться ситуация, поэтому он должен быть готов.

— Нет риска, что такой игрок с российским паспортом в один момент захочет уйти к конкурентам?— Это фактор коммуникации. Для этого мы с Кутеповым и его представителями общаемся.

— Какие перспективы Александра Руденко?— У него фантастическая статистика, но брать ФНЛ и запросы основы «Спартака» — это большая разница. Делать разницу в ФНЛ не значит делать разницу в главной команде. Сейчас он тренируется с основой и очень хорошо смотрится, поэтому посмотрим.

— Как Вы относитесь к мнению, что нынешний состав «Спартака» подбирался под Черчесова?— Впервые слышу это от вас. Я консультировался со Станиславом Саламовичем по игрокам, которых он знает по сборной. Спрашивали по игрокам, которых рассматривали, его мнение, как он их видит. По Мирзову, например. У нас сейчас есть тренер, он устраивает клуб, мы не ищем нового.

Не понимаю, почему мы должны обсуждать Станислава Саламовича. Почему мы обсуждаем Черчесова, а не Семина? Я с ним просто консультируюсь, как и с другим футбольным миром. Я считаю, нужно собирать информацию со всех источников, потому что у каждого свой взгляд и каждый может дать свою информацию. Он мне помогает строить мнение с разных перспектив. Станислав Саламович в сборной, у него там хорошо получается, и я ему желаю только удачи там. По поводу «Спартака» с ним не общались. Мы по любому видимся, так как он просматривает в «Спартаке» кандидатов в сборную, не можем же мы его игнорировать и не здороваться с ним.

— Когда тренер с новым составом будет давать результат?— Я надеюсь, что к декабрю будет виден его стиль игры. Итоги будем подводить по всей работе в конце сезона, в мае, где мы и какой результат.

— Правда, что к вам были претензии со стороны совета директоров к тому календарю, который получил «Спартак» в августе?— Лично ко мне? Мы отправляли свои пожелания.

— Да. Считаю, что календарь просто катастрофический.— А у других?

— У «Зенита» он блистательный.— У всех тяжелый календарь. Вы считаете, что мы должны исключить ЦСКА и «Зенит» и просто с ними не играть? Каждый клуб имел возможность написать письмо с пожеланиями. В этом году календарь составлялся не Пышкиным, а системой. И мы вписали ряд пожеланий, было много критериев.

Всем тяжело играть в квалификации. Еще раз вернусь к англичанам — они играют по девять матчей через два дня на третий. Считаю, что у нас должен быть другой настрой, — мы должны выходить, биться и показывать результат. И не важно, через два дня на третий или с третьего на четвертый.

«Летом был спрос на Максименко, Бакаева и Жиго»

— Почему Фернандо отдали в аренду, а не сделали полноценную продажу?— Не буду комментировать.

— Подписание длительного контракта с футболистом 28-29 лет допустима в «Спартаке» при нынешнем руководстве?— Это зависит от футболиста, это индивидуальный кейс.

— Вы подписали бы длительный контракт с 30-летним Глушаковым на тот момент, когда он продлевал?— Еще раз говорю — все зависит от футболиста. Наверное, на четыре-пять лет не стоит подписывать. Но если он лидер, ему 28 лет, он играет на высоком уровне — почему нет? В 30 лет, наверное, уже много. Лучше прописать в контакте опцию продления.

— Кто придет на замену коммерческого директора Атаманенко?— Уже есть кандидат. В ближайшее время объявим. Это русский.

— Вам нравится фан-шоп «Спартака»?— На стадионе классный, мне нравится.

— Там до сих пор висит портрет Дзюбы, завешанный красно-белым флагом. — Я не видел.

— Хотели бы вернуть Дзюбу в «Спартак»?— Я очень хорошо к нему отношусь. Но мы такой вариант не рассматриваем.

— Сейчас хорошо выступает Шомуродов. Рассматривали его кандидатуру?— Мы всех игроков, которых смотрели и хотели, взяли.

— Были в «Спартаке» в это трансферное окно такие игроки, на которых выходили клубы или агенты, а вы ответили, что они не продаются?— Были. Большой спрос был на Максименко, на Зелимхана Бакаева. Из Чехии был спрос на молодых футболистов. От иностранных клубов был спрос на Жиго. Но он тоже не продается.

— За сколько бы отпустили его?— Он бесценный для нас. Да, у нас есть Кутепов, но глубокой скамейки на этой позиции нет. Жиго — один из лидеров команды. За сколько денег ты сможешь заменить его игроком из Европы? Это будет дороже, чем Тилль.

— Жиго брали за восемь миллионов. Почему нельзя взять за столько же?— Потому что уровень Жиго сейчас выше, чем когда мы его брали.

— Когда достигли соглашения о поездке на турнир в штатах?— В августе мы согласовали все финально. Мы с организаторами в контакте. Это интересно с точки зрения развития клуба, развития рынка в Америке. А для них это интересно, так как это первая российская команда, которая пройдет в США. Там хорошие условия для тренировок, я сам видел. Плюс там хорошие соперники. С точки зрения пиара и маркетинга получается интересная история. Еще и коммерчески выгодно.

— Спартак заработает в этом турнире?— «Спартак» имеет все шансы заработать на этом турнире, это будет видно в его конце. У нас есть права на размещения рекламы. Турнир также покрывает большую часть расходов.

— «Спартак» в США заработает больше, чем на Пари Матч Премьер?— Американцы нам тоже покрывают большую часть расходов: это транспорт, еда, проживание. Нам не платят за гарантированное участие в этом турнире. Нам этот турнир выгоден, у нас есть возможность развить «Спартак» коммерчески в США, это и пиар тоже, телеканалы, рекламодатели. У нас будут хорошие соперники, лучше играть с ними, чем, к примеру, с азиатскими командами в Дубае.

— В зимнем турнире Пари Матч ТВ «Спартак», выходит, не участвует?— Планирует участвовать.

— Общались с Кононовым насчет сбора в США?— Конечно, без разрешения главного тренера мы не принимаем решение. Он сразу согласился на США. В чем проблема лететь в Штаты? Многие европейские команды летают туда в короткие летние турне. «Барселона», «Реал» и многие другие европейские клубы. Они и в Японию летают, в прошлом году «Аякс» играл в США, и они дошли довольно далеко в еврокубках. «Айнтрахт» из Франкфурта дошел до полуфинала Лиги Европы и тоже участвовал в американском турнире. Немцы довольно часто участвуют в американских турнирах, им лететь из Германии в Лос-Анджелес дольше, чем из Москвы. Мы прилетим в Катар с запасом времени, к чемпионату России тоже у нас будет запас времени на неделю. Так что не вижу никаких проблем с логистикой.

— «Спартак», получается, раньше выйдет из отпуска, чем обычно?— Да, пока мы решаем, когда и где будет мед. обследование. По идее, мы выйдем из отпуска 5 числа. Пока точно не могу сказать даты.

— Есть информация, что вы хотели организовать такой сбор 2 года назад при Каррере.— Да, я предлагал клубу 2 года назад, но Каррера не захотел, он был не готов на такие перелеты.

— Как-то затихла тема про «народный «Спартак».— Почему? Она не затихла, она актуальна как никогда. Она двигается, сейчас формируется рабочая группа, со временем мы к концу года вернемся к этой теме с проектом. Это почти ежедневная тема в клубе. Просто она не афишируется в общественности, она есть и разрабатывается, ждите проект. У нас есть группа, которая разрабатывает проект, она формируется. Есть юридические вопросы, как это сделать в России. Когда будет готов вариант, тогда мы ответим на все вопросы, эта тема не затихла.

— Правда, что вы самый высокооплачиваемый генеральный директор в России?— Я, во-первых, не знаю, сколько другие зарабатывают. Я не готов комментировать такие вопросы. Какая разница? Я не слышал такие разговоры, я о таких вещах не думаю и не задумываюсь.

— У вас однолетний контракт с клубом?— Многолетний.

— Вас устраивает ТВ-доход? Нет мысли выйти из ТВ-поля и самостоятельно продавать?— Понятно, что телевизионный контракт, который есть у нас в России в нашей лиге, не самый высокий. В Европе мы находимся во второй десятке где-то. Мы с этого ничего не имеем. Понятно, что мы не Англия и не Германия, чтобы иметь гигантские платежи. У нас еще 2 года контракта. И потом это невозможно по условиям соглашения между РФС и РПЛ.

— Что по итогам сезона вы для себя посчитаете успешным результатом?— Если мы попадем в групповой этап ЛЧ — это будет успехом. У нас поставлена цель: оптимизация бюджета. Со спортивной точки зрения это хорошо получается. Были разовые большие расходы по трансферам. Но у нас не будут ежегодно происходить такие трансферы, команда укомплектовалась на перспективу. Мы будем что-то корректировать, будем стремится, чтобы клуб сокращал расходы и повышал доходы.

Подписывайтесь на страницу Sport24 Вконтакте!

 

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх