Свежие комментарии

  • александр резников
    Только в масках."Размерам Дзюбы з...
  • Минаев Борис
    Пора открывать в РФ легальные публичные дома по контролем минздрава и потребнадзора."Размерам Дзюбы з...
  • danilcenco Леонид Данильченко
    Дзюба похоже страдает шизофренией. Одобряющие его увлечения - тоже."Размерам Дзюбы з...

Фанат «Спартака» забил пенальти, выбежав на поле. Как ему это удалось?

Фанат «Спартака» забил пенальти, выбежав на поле. Как ему это удалось?

Возможно, самый крутой момент с участием болельщиков в истории РПЛ произошел в Раменском 19 сентября 2009 года. Второй тайм матча «Сатурн» — «Спартак», арбитр Вячеслав Попов ставит пенальти в ворота хозяев. К точке подходит Алекс, а дальше… да вы и так отлично помните. А если все же нет, то мы вам завидуем: увидите это впервые.

Об этих болельщиках известно было не так много. Мелькали лишь имена: Андрей Дубровин (исполнитель пенальти) и Николай Волков (который перекинулся парой слов с Павлом Яковлевым), а также то, что они отделались штрафом в 500 рублей, хотя светило 15 суток ареста.

Спецкор Sport24 Александр Петров спустя 11 лет нашел этих болельщиков и подробно расспросил их о том эпичном забеге, а также как изменилась их жизнь после матча в Раменском. И, поверьте, ближайшие полчаса вам точно не захочется отвлекаться от текста.

***

— Что происходило в день перед игрой?

Андрей: Для меня все началось за день до игры: созвонились с другом, который тоже, кстати, выбегал на поле в том матче, но его сразу стюард повязал. Тогда еще как раз вспомнил, что Николай за месяц до Раменского уже выбегал на поле.

— Это какой был матч?

Николай: Я в 2009-м году бил «золото» (золотой сезон — посещение всех матчей команды в сезоне.

— Sport24), и у нас летом был двойной выезд в Ростов и Краснодар (чемпионат+кубок). Вот в Ростове мы с товарищем и выскочили на поле — просто повеселиться. За год до этого на том же стадионе сидели фанат-мент-фанат-мент — без шансов, а тут нас кто-то на слабо решил взять. Мы такие: да не вопрос. В нас тогда уже много чего плескалось — пиво, раки.

Начальник полиции с мэром города сидели на VIP-трибуне. Первый рапортует второму о том, как у него здесь безопасно в отличие от всех других городов нашей страны — у него здесь не забалуешь. И тут два придурка по пояс голые на поле выбегают. Тоже, кстати, попало в трансляцию. Твалтвадзе еще сказал: ну и что эти со взором горящим юноши выбежали, что просто так выбегать — вы гол забейте, покажите, как это надо делать. Мой товарищ потом смонтировал в видео оба эти эпизода — в Ростове и Раменском.

Причем он тоже собирался в Раменском с нами бежать, но на полпути к полю кого-то встретил, остановился поздороваться, думал, что нагонит нас — а мы уже на поле.

Андрей: Так вот, созвонился с другом: — Едем в Раменское? — Едем. — Че, на поле побежим? — Ну, можно. Приехав в город, случайно встретили Колю. Я в шутку ему: у тебя какой-никакой опыт есть, расскажи, как и что. На что Коля сказал: а давай я с вами.

Мы сели сначала на центр за скамейками запасных. Коля говорит: «Нет, отсюда не побежим». Обошли практически весь стадион по кругу, сели у кромки поля, где были ворота «Сатурна».

Я же еще привез людей, со мной четыре человека были в машине. Я им, конечно, заранее документы и все такое отдал, чтобы не потерять, но тут стою на трибуне и говорю Коле: «Блин, я, наверное, не побегу. Что меня люди будут после матча ждать». В общем, передумал. А он мне отвечает: «Представляешь, сейчас назначают пенальти, ты выбегаешь и забиваешь».

И через пару минут, реально мгновения прошли — действительно назначают пенальти. Я такой: надо бежать. И мы резко сорвались. Дальше была полная импровизация.

Николай: Я, главное, кричу: подожди меня, дай сам забью (смеется). Но Андрюха более юркий, раз-раз и красиво так положил. Я бы промазал, опозорился, а он все сделал как надо.

Андрей: Стюардов вообще не было, стояли только мальчики, которые мячи подавали. Ни решеток, ничего не было. Я быстро подбежал к мячу и ударил. Кински не прыгал, хотя я пробил посередине между штангой и вратарем.

— На видео ощущение, что вы прямо в угол попали.

— На видео да, но на самом деле удар шел ближе к середине. Я уже потом узнал, что у вратарей есть суеверие: прыгнешь за каким-то таким чудным мячом, значит, в следующий раз тебе обязательно забьют. Кински и не прыгнул, но все равно забили, причем два раза перебивали.

— В любом случае получилось весьма эффектно, особенно, если учесть, что били с левой — вы левша?

— Да. Не знаю почему: пишу правой рукой, но играю всю жизнь в футбол левой. Для меня как раз голы с правой ноги считаются редкостью. Так что даже если я бы с другой стороны выбегал — может быть, шведой бы ударил, но все равно левой.

— Признавайтесь, пили перед забегом?

Андрей: Нет, я же был за рулем.

Николай: Конечно, пил.

— Много?

— Нууууу, сейчас это количество меня бы уже снесло — возраст (смеется).

Андрей: Помню, когда разбирали матч по телеку, возник вопрос, пьяный ли я. И Тарханов, по-моему, сказал — нет, пьяный так не забил бы.

Николай: Я был, как сопровождающий, мне можно было выпить. А вот Андрюха — исполнитель, потому на режиме.

— Вы первый раз выбегали?

Андрей: Я — первый. Николай — первый раз в Ростове и второй спонтанно уже в Раменском.

— Опишите вообще эмоции во время исполнения пенальти?

— Когда бежал, был только мяч перед глазами. Подбегаю и в голове мысли: вроде же и не так далеко до ворот, почему игроки не забивают с такой позиции. Ударил, вижу, мяч летит в ворота и рев сразу с трибун. Побежал дальше.

— Вы уже сказали, что был третий выбегавший — момент почти не попал в основную трансляцию, но в интернете есть видео, где видно вас троих.

— Да, это брат моей жены. Он выбежал по центру — потому его сразу и скрутили, а мы с Колей дугу сделали. Я забил, Коля подбежал к Паше Яковлеву.

Видео с пенальти, на котором виден момент задержания третьего фаната

— Кстати, что вы сказали друг другу?

Николай: Когда потом спрашивали, о чем с Яковлевым говорил, у меня было полное ощущение, что мы с ним обсудили все технико-тактические действия матча. Потом уже понял, что это секунда была. Я сказал что-то типа: «Парни, надо собраться». Паша даже ничего не успел ответить — я же сзади подбежал, он просто был очень удивлен.

— Когда бежали, смотрели на реакцию других игроков?

Андрей: Я посмотрел уже только на записи. Кто-то смеялся, кто-то не понимал, что происходит, но судья уже свистнул — они, видимо, обратили внимание, что кто-то на поле. В тот момент я больше боялся, что судья встанет и мяч перекроет. Или кто-то из игроков его пнет и все испортит. Но все получилось, дальше я направился прямиком к спартаковской трибуне, поприветствовал ее.

Николай: Это, кстати, самые крутые впечатления, когда бежишь к «мясной» трибуне — и рев ее в ответ.

Андрей: Абсолютно.

— Приветствие от сердца к солнцу — это от переизбытка чувств?

— Да неее, это я просто рукой помахал.

Николай: Прожектор ослепил, потому он просто рукой закрыл его, чтобы друзей увидеть (смеется).

— Видео с трансляции длится 65 секунд — что было после этой минуты славы?

Андрей: Да мы на славу вообще не рассчитывали — это был просто угар.

Мы подошли к кромке поля, перелезли через щиты и нас приняли. Ничего жесткого не было, сильно руки никто не выворачивал. Сначала сотрудники полиции даже не понимали, за что нас задержали — было очень много народу, один парень, как оказалось, вообще на крышу стадиона залез, как — не понимаю.

Мне сотрудница даже конфетку предлагала, а я еще не расслышал и думаю: какая котлетка. Потом понял, что конфетка — говорю, нет, не хочу. Но было приятно.

Затем нас отвел в другую комнату то ли директор стадиона, то ли начальник службы безопасности, попросили показать билеты. Показали. Они сказали, что знают «чьих это рук дело» и, мол, вы никогда на этом стадионе больше не окажетесь.

Николай: У них были большие непонятки между собой — за необеспечение безопасности на стадионе полагался большой штраф, 300 тысяч тогда, по-моему. Разбирались, кто будет нести ответственность — администрация стадиона или нанятый ЧОП, который курирует охрану поля. Нам уже намекнули, что сейчас нас будут (характерно бьет кулаком по ладони).

Но потом вошел чувак с большими звездами на погонах и сказал: «Не трогать, там такой ажиотаж у журналистов, если они выйдут с фингалами — у нас будут большие проблемы». Тогда мы поняли, что нас даже бить не будут. Подержали нас пару-тройку часов и отпустили.

Андрей: С третьим человеком забавно было. Он постоянно попадает в какие-то передряги, но в этот раз его подвели к ОМОНовцам и спросили: а с этим что делать. Мы говорим: отпустите. И его отпустили — просто за пределы арены выдворили.

— В Ростове было жестче?

Николай: Намного. Там было очень жестко. Полупили, раскидали по одиночным камерам. Сказали, что это в любом случае 15 суток ареста. Мы с другом такие: ты что, дурак что ли — у нас золотой сезон, через три дня кубковая игра в Краснодаре. Нам сказали, что про это можем забыть, но попался какой-то ушлый мент. Увидел, что у нас по описи под 25 косарей на двоих, подошел и говорит: вопрос ваш можно решить, но заберу вообще все. Мы говорим: а гарантии? Он: вы что, с ума сошли, какие гарантии. Сделать надо так, чтобы судьи про вас забыли, мы сделаем штраф, вы валите из города.

Подходим утром к суду, идут судьи — бабки под ручкой и издалека видят нас: о, да это же те весельчаки. 500 рублей штрафа и чтобы мы вас больше не видели.

— Вернемся в вечер после Раменского. Какова была реакция родных/знакомых?

Андрей: Когда уже в отделении сидел, посыпались смски — около 100 их было, знакомые, друзья писали. Потом позвонил отец, сказал: «Ну ты и придурок» — и повесил трубку.

Уже потом вечером я приехал к друзьям, которые сидели где-то в центре в баре — они поздравляли, ну поугарали, пообщались, часок с ними посидел. Тоже не пил, потому что на следующий день надо было за руль — я работал тогда водителем. Причем матч показывали в повторе, и вот я пришел на работу, а все в гараже сидят и смотрят игру — и тут они видят этот пенальти: «Андрюх, это ты что ли?» Было смешно.

А ну еще забавный случай был, знакомый рассказывал — у него подруги из Раменского. Он у них спросил: знаете такого-то, который гол забил? А они: «Да, знаем. Идиот. Раньше мы могли купить билеты за ворота, пройти и сесть на центр, а теперь все решетками перезакрывали, и не пройдешь».

Николай: «Сделали оргвыводы» (смеется).

Я на тот момент встречался с девочкой, МГУшницей. Ну, как встречался: мы уже жили вместе на тот момент года четыре. У нее папа — ярый фанат ЦСКА. Мою позицию, что я болею за другую, нормальную команду, он принимал, но, естественно, взаимные подколы были всегда.

Я уехал на футбол, а они смотрели матч на даче в Зеленограде. И вот она мне рассказывала: «Когда все эти события происходят, я сижу и просто вся в краску ухожу», — ну приличная образованная девочка, и папа поворачивает голову и выразительно на нее смотрит.

Но он молодец, веселился по этому поводу, даже потом газон на даче постелил в честь меня.

Андрей: Это она женой твоей стала?

Николай: Не-не, побойся бога.

Ну и работе тоже было забавно. Я работал тогда на складе картриджей Sega, Dendy — когда ты бьешь «золото» и постоянно в разъездах, тяжело найти нормальное место. Хозяин всей этой подпольщины был «конь». И когда он это узнал, то выписал мне премию в 30 процентов от моей зарплаты.

Я с ним до этого всего два раза в жизни общался. А тут он приехал специально и говорит: «Волков, пойдем, поговорим». Отошли в курилку, и он: «Я так хихикал, это так здорово, когда мне сказали, что это мой сотрудник, я просто…» В общем, отслюнявил мне кэшем какую-то сумму, весомую для меня тогда.

Андрей: Недавно ходили играть в настольный теннис, там молодежь стояла, лет по 14-15 парням. Решил показать им видео, спрашиваю: что вы скажете про поступок этого парня? Они такие: ну, дебил, что тут скажешь еще. И тут говорю, что это я был. И все они мгновенно: «Да ладно? О, красавчик».

Николай: Мы оба были достаточно общительными в то время: постоянные поездки, выезды и так далее. И иногда звонишь кому-то и говоришь: я Коля. — Кто? — Ну Коля, с Раменского. — А Коль, ты что ли? Ну вот таких моментов одно время немало было.

Андрей: В медиа было много шума. Мой гол по итогам года четвертое место занял в каком-то опросе.

Николай: Да, там столько всего было, какие-то европейские издания признали пенальти этот голом недели. Хотя мы старались не афишировать свое участие в этом. Я «золото» бил, оставалось два-три выезда — боялся, как бы не было санкций. Хотя их особо быть не могло, документов у меня с собой не было — я сказал фамилию и имя настоящие, а отчество и адрес выдумал.

Андрей: А я сказал настоящие данные, и мне потом пришел штраф на 1000 рублей. У меня до сих пор эта квитанция лежит — недавно на даче нашел.

Николай: На следующий день пью кофе и по каналу «Россия 1» какой-то ведущий начинает: «15 суток ареста за красивый гол — так оценили подвиг москвичей Андрей Дубровина и Николая Волкова за их феерическое выступление в Раменском».

Андрей: Я уже, честно говоря, готовился.

Николай: Сижу и думаю: ну ребят, какие 15 суток, вы чего. Мне ж ехать уже на следующих выходных. Но потом из новостей узнали, что прошел суд, выписали 500 или 1000 рублей штрафа, ну и раменские СБ-шники решили нас больше никогда на стадион не пускать.

— Почему, как думаете, такое легкое наказание в итоге?

Андрей: Думаю, раньше не было таких жестких репрессий. Да и людям понравилось, весело было. Ничего криминального мы не делали, ничего не разрушили — за что сажать? Наверное, поэтому.

Николай: Сейчас бы точно отъехали на 15 суток, плюс бан на посещение футбола, плюс выписали бы большой штраф команде, который в итоге повесили бы на тебя.

Года через два-три операторам даже запретили показывать таких дурачков, как мы, чтобы другим неповадно было. В Раменском же даже повторы смаковали.

— После в Раменское-то ездили?

Андрей: Да, и не один раз — сколько играли там, столько и ездили. Никаких проблем никогда не было.

— Не было мыслей повторить?

— У меня были мысли в дерби с ЦСКА — Акинфееву назначают штрафной — получится ли со штрафного забить. Но понимаю, что это нереально.

— Вас бы в случае успеха сразу бы в сборную взяли.

Николай: А были же такие разговоры после Раменского. На следующий день почти все спортивные издания писали: куда смотрит тренер сборной, у нас тут такие молодые дарования и все такое. Первые пару недель просто заваливали ссылками. Кто-то сделал очень смешное видео, где пенальти наложили на комментарий Черданцева во время матча с голландцами на Евро-2008.

Периодически и сейчас скидывают с каких-то модных заморских пабликов видос с нами. Смотришь, какой-то есть паблик, «433» что ли — шесть миллионов просмотров. И думаешь: е-мое.

— «433» — это главный агрегатор футбольных видео в инстаграме.

— Вот несколько раз туда попадало — дважды за последние три года точно.

Еще больше историй о забеге в Раменском, а также реконструкция событий и куча других интересностей — в шоу Антона Дорофеева «В Движе». Обязательно посмотрите после прочтения интервью

***

— Давайте немного о вас. Расскажите, чем занимаетесь?

Андрей: До того, как забил гол в Раменском, я начал заниматься бегом. Но на момент того случая я уже это дело подзабросил. С тех пор не бегал, а вот с 2017-го возобновил тренировки. За это время я сбросил вес со 126 кг до 85.

Сейчас постоянно занимаюсь в adidas run, уже не могу представить жизнь без бега. Стараюсь каждый день десятку пробегать — не всегда получается, но я стремлюсь.

— Марафоны бежали?

— Конечно, периодически бегаю. Один раз пробежал ультрамарафон — 50 км, в будущем есть цель попробовать сотку. Но я к этому постепенно иду.

— А на последнем московском тоже были?

— Да, полную дистанцию с женой — я и ее тоже подсадил на бег, она начала год назад. За пять часов тихонечко не спеша пробежали. А так у меня был результат, когда за 4 часа дистанцию пробежал.

Теперь вместо футбола мы ездим по разным городам с женой, в забегах участвуем. На футбол не очень часто получается выбраться, потому что календарь теперь сделан так, что матчи часто выпадают на пятницу или понедельник. На выезды уже давно не ездил — где-то с 2018 года.

— Какие-то истории с забегов припомните?

— Ну, вот из последнего: заявился в Питере на полумарафон, бежал в красно-белой футболке. И какой-то мужик вдруг начал орать: что вы тут бегаете, из-за вас тут все перекрыли. Ну я сказал ему, мол, какая тебе разница, бежим и бежим — иди за водкой своей. Он на меня очень зло отреагировал, хотелось сложить его очки в два кармана, но у бегунов так не принято, все должно быть мирно, дружелюбно.

— А как вообще это началось?

— Ну, я еще в 2008-м бегал, скинул вес (со 108 до 81 кг) и думал, что теперь смогу держать его на одном уровне — в итоге наступил на те же грабли и набрал еще больше, чем было до этого. Естественно причина в лени. Начал бегать, а со временем это уже как наркотик для меня стало.

Отвезу начальника домой на Щелковскую и, если погода хорошая, ставлю машину и бегу до дома 30 километров. Бегу через центр, наслаждаюсь красотами города. Жену поначалу раздражало, что постоянно говорю: я на пробежку. А потом она начала со мной, втянулась, нашла нам беговой клуб, сейчас вот первый марафон пробежала.

Андрей Дубровин (в красном) вместе с женой Галиной (в желтом) бежит московский марафон

Мне очень нравится в Суздале соревнование Golden Ring Ultra Trail — там есть разные дистанции от 10 до 100 км. В том году пробежали 20 км — хотел 50, но уже разобрали все слоты. Так вот там так красиво, настолько живописные виды, что решили в следующем году попробовать полтинник пробежать.

Причем спросил после марафона у жены: ну что, побежишь? Она пару дней думала — я знаю это чувство, когда ты сразу после говоришь, что никогда не побегу, а чуть позже хочешь сделать уже что-то большее — в итоге согласилась.

Вот так бегаем и воспитываем сына.

— А вы водителем работаете?

— Да, уже десять лет на одном месте, в институте.

Николай: Мне 31 год, два сына, через пару месяцев третий родится. Есть бизнес, я представитель вымирающего в России вида — малого предпринимательства: оптовая компания по продаже замороженного хлеба в отели, рестораны, на стадионы.

Больше всего доставляют удовольствие путешествия — стараемся с женой два раза в год ездить в какую-нибудь новую страну. Есть цель закрыть всю зону УЕФА: там 54 страны — официально 55, но Косово же Сербия, — уже почти 40 из них посетил.

А так семья, дети — одному семь, другому пять. Занимаются футболом в академии Титова. На стадион хожу исключительно с ними, на центр. Старшего привел где-то в 5 лет на игру, когда он уже начал интересоваться футболом — понял, что ему еще не очень комфортно. А вот с шести уже начали ходить, когда он сам выучил все правила и просился на стадион. Не понимаю, кстати, когда с годовалыми детьми приходят на матчи — типа, смотрите, я трахался, у меня даже ребенок есть. Малыш ничего не понимает, шум пугает. Но это так, вот следующие выезды уже будут с детьми, наверное.

Николай Волков (в центре) с детьми и приятелем на стадионе «Спартака»

Андрей: Вот сейчас отцы детей подтягивают, а раньше такого не было. Я помню свой первый матч, «Спартак» — «Алания», золотой матч — 1996. Я пришел с улицы, отец с приятелем смотрели игру, и как раз я увидел, как Тихонов положил в ближний угол. После этого и начал болеть за «Спартак».

— Как вы познакомились? Вы же давно, я так понимаю, знакомы.

Андрей: Я пытался, но так и не вспомнил, а ты помнишь?

Николай: Да, вы ездили в Прагу, году в 2006-07-м с моим лучшим другом — который как раз выбегал со мной в Ростове и не выбежал, бедогала, в Раменском. Я тогда поехать не мог — был несовершеннолетним плюс с военкоматом проблемы. Они там познакомились, мы все начали дружить.

Я тогда на Академической жил, Андрюха на Университете — на трамвае 5 минут. А потом вместе с торпедонами начали играть в футбол, выпивать — не то чтобы мы стали лучшими друзьями, но хорошо общаемся.

— Какой у вас стаж активного боления? Помните первый матч на стадионе?

Андрей: Мой первый матч был «Спартак» — «Аякс» в 98-м. Поехали за неделю покупать билеты, приехали с приятелями к кассам в 7 утра. Стояли на морозе в дикой очереди часа четыре, потом начали продавать билеты — еще час. Купили в итоге, но попали только на второй тайм — была дикая давка перед стадионом, меня чуть не смяли, но потом толпа внесла на стадион.

Помню, мужики на трибунах выпивали и дали нам с другом по шоколадке, сказали, мол, им она не нужна. Этот стадион «Динамо» до сих перед глазами — уже тогда полуразваливающийся, с этими ржавыми конструкциями, рыжее поле, но все равно зашло.

Николай: Я пошел в 99-м — на ЛЧ «Спартак» — «Спарта», но это было с отцом. А вот с 2003-го начал ходить уже без бати, и через год уже пошли выезды. С 2004 по 2010 было хорошо за 50 выездов, с 2011 по сей день — ну максимум еще 20. Во-первых, пробил «золото», во-вторых, «Спартак» не балует попаданиями в Европу, а по России в десятый раз ехать в Краснодар или Ростов уже тупо неинтересно.

— В чем-то подобном истории в Раменском по безрассудству участвовали вместе или по отдельности?

Андрей: Было, но об этом нельзя говорить.

— А если в общих чертах?

— В общих чертах это было бы лет 15 тюремного заключения точно (смеется).

А так вся жизнь фанатов смешна и забавна, особенно когда это были старые выезды, а не как сейчас на самолетах.

Николай: В одном из выпусков «В движе» кто-то очень четко сказал: раньше были выезды, а сейчас — поездки. Соглашусь на все 100 процентов.

Какой-то серб лет 10 назад сказал: хочу посмотреть Россию. А у «Спартака» выезд был где-то в Комсомольске-на-Амуре, надо было до Хабаровска или Владивостока ехать. Ему говорят: хочешь посмотреть Россию — вот поезд, вот братва, неделя пути. В итоге он со словами «**** я вашу Россию» вышел в Иркутске, потому что только открываешь глаза — а ему уже «Русские и сербы — братья навек» и дают стакан водки. Он побухал три дня и сказал: нет, все, я так больше не могу.

А насчет поступков… В том же 2009-м жили в Грозном в гостинице, которую за год до этого обстреляли из гранатомета, когда там был дубль «Химок». Когда приехали в город, все эти рамзаны повели на экскурсию, показывали какие они гостеприимные, но при этом куча шакалов ходила по городу и выискивала москвичей.

Мы поняли, что перспектива ночевать в Грозном после матча нас не прельщает, тем более, у них на алкоголь харам — и мы посреди ночи решили снять маршрутку на 10 человек и уехать в сторону Минеральных вод через Ингушетию. Тормознули водителя, чтобы сходить в туалет — водитель вылетает из кабины с огромными глазами: вы что, с ума сошли, здесь везде фугасы.

— Как вам Грозный 10-летней давности?

— Он уже тогда был прекрасен — проспект Кадырова, переходящий в проспект Путина, уже тогда мыли шампунем на наши налоги. Все было здорово, нас встретили эти ребята с поезда — мы даже шутили, что им, наверное, доплачивают, если их зовут Рамзанами и они похожи на Кадырова. Все как один: с такой же бородой и таким же говором. Посадили в комфортный автобус, показали все мечети, накормили шашлыком, тихонечко надавали коньяка и потом повезли на стадион.

А вот уже после матча нас загнали в гостиницу, откуда мы свалили. Город понравился, нас было человек 200, проблем с местным населением не было, кои были в том же году на Поляне Азау в Приэльбрусье, когда мы играли с Нальчиком. Там были и ножевые, и огнестрелы — вот это было жестко.

— Вы там тоже были?

— Да.

— Что там происходило?

— Нас четверо, мы идем из какого-то ночного магазина — я несу ящик пива. Подходим к отелю, а там стоят какие-то мужики у входа, и один из этих типов бьет другого в лицо. Думаю, ну личка, что-то не поделили. А потом приглядываюсь в темноте: ударили нашего друга, а бил-то какой-то носатый. И на нас со всех сторон толпа налетает. Началась очень жесткая заруба.

Николай на том самом выезде (в центре)

Были очереди из калашей — у кого-то из наших были и огнестрелы, и ножевое, у кого-то только ножевое. Приезжает скорая, говорят хачам: пропустите машину, дайте человека занести, а то он сдохнет сейчас. Те говорят: хорошо. Но как только пострадавшего занесли, тех, кто несли носилки, эти вновь начали лупить.

Воевали мы с ними несколько часов, никакой полиции не было, разнесли весь отель. Я два раза терял сознание во время драки — кто-то камнем засадил. Расхреначили весь наш автобус — мы потом на каком-то стороннем до Нальчика добирались. Из нашей компании — человек 60, кто был на всей этой зарубе — на стадион попало максимум человек пять, которые добирались на такси, остальных всех приняли.

— Чем все закончилось?

— Одного из наших на вертолете транспортировали в Склиф — ему денег потом собирали. А для нас, у кого были просто синяки и ссадины, ничем. Посидели еще сутки в отделении, после чего нас парой маршруток вывезли в Ростов.

— А напали на вас фанаты Нальчика?

— Нет, это просто были отморозки, которые курировали туристический бизнес на Приэльбрусье.

Просто так совпало, что приехало «мясо», кому-то начистили рыло, и они приехали мстить. Но менты туда принципиально не приезжали. И никого из этих не задержали. А так каждый выезд был событием. Ты готовишься несколько дней, потом поезд, новые знакомства. Это не то, что сейчас: сел на самолет, заселился в гостиницу, сходил на матч, бухнул в пабе, переночевал и утром улетел обратно.

У нас и автобусы терялись. Мы ехали из Перми по 48 часов, потому что водитель заблудился, и мы такие уже по угару: «Сколько уже городов проехали лишних — давай в Казань заедем искупаться, здесь 300 км всего крюк. — Ну, давай». В итоге всех на работе разыскивают, а мы в Казани зависаем.

— Чемпионство-2017 — как это было для вас?

Андрей: Только что сидел и вспоминал, когда я последний раз был в Раменском — как раз 2017-й год, играли «Торпедо» и «Сатурн». В этот день как раз «Зенит» с «Тереком» играл.

Посмотрели в Раменском матч. Вернулись в Москву, сели в какую-то обычную чебуречную на Новослободской. Видим, что «Зенит» проигрывает, то есть мы становимся чемпионами. И вот стою с этим пивом, ем чебуреки и понимаю, что я совсем не так хотел встретить чемпионство «Спартака».

«Зенит» проиграл, мы стали чемпионами, я уже к тому моменту дома был, пью коньяк — вижу, что ребята собираются ехать отмечать к стадиону. А я понимаю, что у меня сил нет — хотя так долго ждал этого чемпионства. Думал ехать-не ехать, но в итоге уснул и все это веселье пропустил. Вот так я встретил чемпионство (смеется).

Андрей Дубровин с женой и сыном на матче «Спартака»

Николай: Мы все знали, что «Спартак» идет к чемпионству, но я даже не задумывался о том, что может все решиться из-за того, что оступится «Зенит». Я был в Орле у родственников супруги. Отмечали чей-то день рождения. И тут мне начинают звонить люди и просто крик в трубке. А я даже не знал, что «Зенит» играет, что наша судьба решается.

И вот я стою в деревеньке под Орлом — и вот оно все, чемпионство. Зашел молча, налил себе стакан вина, бахнул его залпом, сказал, что мы чемпионы и пошел искать магазин. Не нашел его, расстроился, параллельно, конечно, куча созвонов. Тоже очень спокойный лег спать.

Был бы в городе — конечно, поехал бы к стадиону, а так, когда вернулся в Москву, то уже отметили победу.

Андрей: Удивительно, что в душе я, конечно, был очень рад, но у меня не было какого-то шквала эмоций. Я даже не поехал на золотой матч на Открытии, где потом еще все выбежали на поле.

Николай: Да-да, я выбегал с толпой, но никакого вау в этом не было. Побежал, только потому что неизвестно, когда это будет еще раз, и будет ли мне через, условно, 15 лет это интересно. Для воспоминаний больше.

— Опишите, какое у вас отношение ко всему, что было после Карерры в «Спартаке» тремя словами?

Андрей: Череда смены тренеров, непонятные игроки — жалко, в общем, что с Массимо все так получилось, хотя мы не знаем перипетий внутри клуба. Но все печально. Состава крепкого нет. Надеюсь, что у Тедеско получится, неплохо вроде идем.

Николай: Есть игра, ее даже интересно смотреть. А тремя словами: Федун продай «Спартак». Если придет условный Авен, наверное, здесь будет что-то путное.

— Тедеско — верим?

Андрей: Верим. А что еще делать (смеется). Я лично каждый год верю, что мы станем чемпионами.

Николай: Он веселый товарищ, но при этом видно, что пользуется авторитетом у игроков. Пусть результат дает. Да и потом сколько можно менять тренеров постоянно?

— А в Федуна?

Андрей: Для него это бизнес, в первую очередь. Но стадион построил — хотя сколько лет нам обещали.

Николай: Да, «Спартак-Колу» пили в детстве. На каждой бутылке было написано от имени Олега Ивановича Романцева, что все вырученные с этой бутылочки средства идут на строительство стадиона. Но в итоге построил Федун — это молодец. То, что у него не хватает времени на клуб, и потому там бесконечные пертурбации — тоже факт. В том, что он через два года не будет уже владельцем «Спартака», я почему-то уверен на 100%. И, самое страшное, что следующим владельцем может быть, как в «ПСЖ» или «Сити», какой-нибудь шейх, для которого это будет интересным проектом в России, но не более.

Андрей Дубровин, ведущий шоу «В Движе» Антон Дорофеев и Николай Волков

— Идеальный президент «Спартака»?

Андрей: Андрей Тихонов. Но, если серьезно, то это должен быть человек, который действительно болеет за «Спартак». Вообще в идеале это должны быть сами болельщики. Федун же обещал.

Николай: (смеется) Обещать — не значит жениться. Да, в идеале это Тихонов, Титов, Аленичев — кто-то из них.

БЛИЦ

— Забег в матче с «Сатурном» или чемпионство Спартака?

Андрей: Чемпионство «Спартака».Николай: Да, точно.

— Усэйн Болт или Резиуан Мирзов?

Андрей: Ни тот, ни другой.Николай: «Кони» — лучшие бегуны.

— Алекс или Андрей Дубровин?

Николай: Андрей, конечно. Вообще никто в современном футболе пенальти лучше не пробил.

— Каррера или Тедеско?

Андрей: Каррера, тот «Спартак» мне больше нравился.Николай: Да, 100%, это была настоящая команда.

— Федун или Зарема?

Андрей: Пусть будет Федун.Николай: Из двух зол, наверное, да. Если выбирать между условным Федуном и Алишером Усмановым — Федун, он хотя бы стадион построил.

— Оказавшись перед Кински еще раз — что вы ему скажете?

Андрей: Когда нас со стадиона выводили, Коля сказал: если сейчас Кински где-нибудь появится, мы ему скажем: тип, чувак — без шансов. Николай: Да, просто такие не берутся (смеется).

Выражаем благодарность руководству ФК «Сатурн» за содействие в организации и проведении съемок.

 

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх