Свежие комментарии

  • Виктор Артамонов
    Прекрасный ответ Я. Рудковской.Жена Плющенко Руд...
  • Виктор Артамонов
    "В ролике Гном Гномыч, как мальчика называют родители..." Прекратите использовать эту оскорбительную дурацкую кличку,...«Зачем родители п...
  • Галина Миронова
    Прижать бы чпекулнтов, чтоб былВолосожар: «Я уже...

«Если бы за отъезд в Америку нужно было платить — уехал бы, чтобы отбить деньги». Педан — о мечте, запретах и КХЛ

«Если бы за отъезд в Америку нужно было платить — уехал бы, чтобы отбить деньги». Педан — о мечте, запретах и КХЛ

Андрей Педан — один из самых габаритных и жестких российских защитников в КХЛ. Воспитанник «Крыльев Советов» и «Динамо» довольно рано уехал в Северную Америку и на протяжении восьми лет пытался пробиться в НХЛ через низшие лиги. Два года назад он вернулся на родину, подписав контракт с «Ак Барсом». Sport24 пообщался с защитником казанского клуба — главного фаворита предстоящего сезона.

«Хотел бы сыграть против тройки Зарипов — Зиновьев — Морозов. Еще в детстве восхищало, как они владеют шайбой»

— Недавно в Казани прошел Taneco Кубок чемпионов, где собрались четыре из шести обладателей Кубка Гагарина. Какой финал, какое чемпионство запомнили лично вы?— Если честно, на заре КХЛ я не особо тогда следил за хоккеем. Единственное, что помню — когда был в детской школе «Динамо», ходил на хоккей, Казань приезжала с их тройкой Зарипов — Морозов — Зиновьев. Это единственное, что я так помню. В «Динамо» Толпеко играл. А за финалом каким-нибудь я не следил.

— Почему вы выделили Дениса Толпеко? Не самый очевидный кандидат.— Как-то он выделялся среди всех скоростью. Он был как в рекламе Duracell. Его, помню, Ореховский тогда еще играл, а потом он был тренером СДЮШОР. Плюс вратарь Еременко, который до сих пор в «Динамо».

С Афиногеновым меня познакомили, когда «Атланта» с «Филадельфией» играли.

— Вы тогда ездили в Америку?— Там был детский турнир. Олег Олегович Ореховский был тренером. Он общался с Антроповым, Артюхиным и Афиногеновым. Вот мы и пошли на тот матч. Мы с Афиногеновым тренировались потом в Канаде у Гарри Робертса в «Торонто». Там мы уже нормально общались.

— Как я понимаю, к Гарри Робертсу ездили многие русские, включая Никиту Зайцева.— Да, я сейчас с Никитой очень хорошо общаюсь. Мы с ним в Москве тоже тренируемся у одного тренера.

— Это из-за того, что вы «крыльевские»?— Наверное, в этом тоже есть доля правды.

— Никита в 18 лет ездил к Гарри Робертсу и говорил, что приходилось тратить достаточно много денег. Это действительно затратные лагеря?— Да, это дорого. Мне тоже тогда отец дал денег, из-за которых чуть не обнищал. У нас принцип в семье, что ты не должен сидеть на родительских плечах. Когда я первую зарплату получил, меня сняли с довольствия, сказали, чтобы сам учился распоряжаться деньгами.

— Сколько была первая зарплата?— Тысяча двести канадских долларов, плюс там была квартира. Бабушка приехала, мы с ней жили. Оставалось там на кинотеатр, на сендвичи.

— Что дал вам Гарри Робертс?— Я бы не сказал, что мне очень понравилось. Мне кажется, в то время он был просто более раскручен. В России много специалистов, которые не отстают.

— Вы вспомнили казанскую тройку, каково вам сейчас играть в одной команде с Зариповым?— Когда приехал, было непривычно, это же легенда. А потом, когда вживаешься в коллектив, общаешься с ним, не скажешь, что он себя как-то позиционирует выше остальных. Он один из ребят, очень легкий в общении, без короны.

— Против какой тройки из прошлого КХЛ ты хотел бы сыграть?— Против этой казанской тройки и хотел бы сыграть.

— Радуловым никогда не восхищались?— Мне нравится его характер, стиль игры, что он как злая собака. Он не сдается. Но меня больше восхищало владение шайбой от той тройки. Это не прямолинейный хоккей, а владение шайбой, открывания, передачи. Я думаю, простой человек даже не подумал бы отдавать такие передачи.

— Сейчас у нас таких троек нет?— Зарипов есть же.

— Но Морозов президент лиги, а Зиновьев бизнесмен.— В ЦСКА совсем недавно были Капризов, Григоренко, Вей. У них был интересный хоккей. У нас тоже хорошо молодые ребята играют, тот же Галимов далеко не прямолинейный. В каждой команде есть игроки: Шипачев и Яшкин.

— Болельщики будут скучать по Линусу Умарку. У вас было шесть очных матчей, с облегчением вздохнули после его ухода?— Нет. Понятное дело, что он был ключевым игроком «Салавата», но я бы не сказал: «Фух, Линуса не будет». Для меня он лидирующий игрок одной из команд, и все.

— Он неприятный?— Очень много футбольных моментов в его игре присутствует. Он может упасть, схватиться за что-нибудь. Такие эпизоды мне не очень нравятся. А так, как игрок для своей команды он полезен, мог из ничего заработать на себе удаление.

«Не надо приходить как толстый из Angry Birds, но и как модель с кубиками хоккеист выглядеть на обязан»

— Кто самый неудобный нападающий в КХЛ для вас?— Я бы так не выделил никого. Не люблю играть против маленьких. Тяжело против них в углу играть. У меня может быть локоть на уровне их головы, чуть заденешь, сразу получаешь две минуты. А так, много неприятных. Например, Кузьменко в СКА. Он техничный, быстрый. Везде есть такие игроки. Также бывают матчи, когда хоккеисты на пике своих кондиций и просто у них все получается. Ты за весь сезон не назовешь этого игрока, а на этом отрезке он в огне.

— Азеведо тоже низкий, он мучает вас на тренировках?— Мы друг друга мучаем. Все равно со своими ты аккуратнее сыграешь, чтобы не нанести травму. Я бы вообще не сказал, что у нас есть первое или четвертое звено, все ребята могут играть на лидирующих ролях, все техничные. У всех есть свои плюсы. Понятное дело, что с тройкой иностранцев потяжелее, поинтереснее, но все равно все ребята показывают уровень.

— Вы — габаритный силовой защитник, многих «раскалываете». А кто «раскалывал» вас, против кого выходить страшно?— Если честно, у меня нет такого. Не могу кого-то выделить. Есть много ребят, которые с виду не габаритные, а на самом деле очень жестко и плотно встречают. Иногда ты отдал пас и не ждешь, что тебя сейчас воткнут, а иногда на тебя несется кто-нибудь огромный, ты уже ждешь удара, а он об тебя разваливается. По-разному. Много плотных ребят: Плотников тяжелый, Яшкин тоже тяжелый, Хартикайнен. Вот такие габаритные ребята. Но при этом Яшкин и Плотников играют в силовую, а Хартикайнен — нет, только если его разозлить.

— А у вас получалось?— Думаю, да. В дерби все злые.

— Видели фото, в какой форме Хартикайнен подошел к сезону?— Я на самом деле не сторонник такого, что если у человека такое телосложение, что он сам по себе плотный, то ему это мешает. Есть ребята худые, им говорят набрать массу, они ее набирают и становятся медленнее. А есть, наоборот, плотные, которым говорят худеть, из-за чего начинают по-другому себя чувствовать. Я считаю, что это индивидуально. Понятно, что не надо приходить как толстый из Angry Birds, но у всех свое телосложение. Я не считаю, что игрок должен выглядеть как модель с обложки с кубиками. Тем более в нашем виде спорта. Если процент жира очень низкий, то намного больше становится возможность получить травму.

— В России и Америке к этому одинаково относятся?— Думаю, да. Но это зависит все от человека, как ты знаешь свое тело. Думаю, сейчас это уже более развито, все понимают, какие у кого характеристики.

— В 2010-м вы уезжали из «Динамо» за океан и сразу же произошло объединение с ХК МВД, пришел Знарок и выиграл два чемпионства. Как вы из Канады смотрели на это?— Я тогда вообще в сторону России не смотрел. Для меня тогда Россия была — родственники, «Крылья Советов», друзья из «Динамо», и все. Я вообще не думал про КХЛ, все мое внимание было на попытках пробиться в НХЛ.

«Не думал, что Гальченюк пробьется в НХЛ в 18 лет. В «Динамо» он играл в третьем звене»

— Сейчас многие игроки уезжают в таком же молодом возрасте. Как созревает решение?— Мне тогда североамериканский стиль был ближе по игре: жесткий, быстрый. Плюс у нас в юниорской лиге пять с половиной тысяч приходило на трибуны. Я даже не знал, с чем сравнивать. В МХЛ я не играл, в ВХЛ потренировался две недели. Не было практики игровой в России. Я только знал от агентов и от ребят, что за хоккей в Америке.

— Велика роль агента в переезде?— Я думаю, это еще зависит от родителей. Если у тебя есть полная поддержка и тебя не особо контролируют, понимают, готов ли ты туда из дома уехать и попытаться самому выучить язык и перестроиться. Многие ребята были не готовы перепрыгнуть этот барьер. Мне там сначала было тяжело, а потом привык. Если бы еще раз нужно было так сделать, я бы так же 10 раз переехал.

— Сейчас Госдума готовит закон о новом «железном занавесе». Если бы пришлось заплатить круглую сумму за отъезд туда, тя бы поехал?— Думаю, я бы поехал с дополнительной мотивацией, чтобы отбить деньги.

— Вы играли в юниорской сборной с Якуповым и играли с ним в лиге Онтарио. У вас есть объяснение, почему у него не сложилось на взрослом уровне?— Не знаю всей ситуации. Где-то он адаптировался, а где-то нет. Я и сейчас считаю его высококлассным игроком, поэтому мне тяжело сказать. Понятно, от него были огромные ожидания как от первого номера драфта. Но я бы не сказал, что не сложилось. Я привык за собой следить, поэтому мне тяжело оценивать.

— Вы взяли бронзу на ЮЧМ, там была тройка Якупов — Григоренко — Кучеров. Это самая крутая тройка, которую ты видел?— Тогда ты не знаешь, кто и где будет играть. Ты просто играл с ними наравне в ДЮСШОР. Многие в детстве играют ярко, подают надежды, а потом проходит несколько лет, и этот человек уже не играет в хоккей. А есть такие ребята, которые в четвертом звене выступают, а потом попадают в НХЛ.

— Кто из ребят вашего возраста пробился, от кого не особо ожидали?— Гальченюк. Он в третьем звене «Динамо» играл. Был хороший бросок и катание, но я не мог предположить, что он окажется в НХЛ в 18 или 19 лет.

— Как вы его воспринимали? Как русского, белоруса или американца?— Мне кажется, без разницы, какой у тебя паспорт. Мы его воспринимали как русского.

«Если играешь просто за деньги — можно сидеть на попе ровно. Когда надоест хоккей — повешу коньки на гвоздь»

— Егор Яковлев говорил недавно, что правила опять перестраиваются и из-за этого много удалений. Вам как большому игроку становится сложнее?— Мне так же, как всем. Не сказал бы, что сложно. Просто некоторые нюансы появляются в игре, которые направлены на улучшение качества.

— К чему сейчас мы идем с этими изменениями?— Надеюсь, что будет положительная динамика. Начнется сезон, увидим, к чему привели новые правила. Тяжело сказать. Одно дело увидеть правило на картинке, а совсем другое — посмотреть как они будут применяться, приведет ли это к большим ошибкам.

— Не складывается ли у вас впечатление, что сейчас КХЛ становится очень молодой, где не так уж много состоявшихся мастеров?— Нет, это просто обновление, как и везде. С каждым годом приходят новые молодые ребята и стараются отобрать чье-то место, это норма. У нас доверяют молодым, это правильная тенденция. Если игрок физически готов играть в КХЛ, то не давать ему шанс из-за возраста как раньше — несправедливо. Думаю, поэтому многие раньше и уезжали, так как доверия к молодым игрокам намного меньше было. Все зависит от тренерского штаба и руководства.

— Много разговоров про потолок зарплат. До какого уровня должны упасть зарплаты, чтобы русские игроки поехали в Европу?— У всех разные запросы. Кому-то хватит одной суммы, а кому-то всегда мало.

— Вам как человеку, уезжавшему в молодом возрасте за океан, проще сорваться куда-нибудь в Швейцарию или Финляндию?— Смотря зачем. Здесь меня почти все устраивает. Там другое качество жизни, кто-то за этим едет. Все от человека зависит.

— А как вам качество жизни в России?— Меня здесь устраивает. Я восемь лет был в Америке, не видел, как у меня братья растут. А тут у меня в часе лета родители и братья.

— Вы сказали, что раньше видели себя только в американском хоккее, за эти годы не произошло разочарования?— Нет, я не жалею. Ни в каких моментах не разочаровался. Может быть, где-нибудь поступил бы иначе. Но я бы не сказал, что разочарован своими годами там, я доволен. Мне нравилось там. И сейчас тоже нравится. Мне везде нравится!

— Инсайдеры писали, что у вас был вариант вернуться в НХЛ. Было ли в реальности что-то подобное?— Было. Я всегда говорю, что не закрываю дверь туда. У меня всегда есть такие мысли, почему нет? В АХЛ я бы сейчас не поехал, а в НХЛ — да. Конечно, все хотят играть в лучшей лиге. Если здесь сделают такие же условия и будет такой же ажиотаж, подготовка и спрос, то все захотят играть в КХЛ. Мне кажется, нормально стремиться играть в лучшей лиге мира. Если ты играешь просто за деньги, то можно сидеть на попе ровно.

— А много таких игроков вокруг?— Не знаю, но я уверен, что такие есть.

— Когда вы потеряете интерес, закончите с хоккеем?— Да, повешу коньки на гвоздь. А зачем мучиться? Жизнь не такая длинная, чтобы тратить время на вещи, дела и людей, которые тебе неинтересны.

— Люди боятся нового этапа, могут оказаться невостребованными в каких-то делах.— Это их личные проблемы. На самом деле очень много вещей, которые можно попробовать и в 30, и в 40, и в 50 лет. Можно даже сменить локацию и переехать куда-то, многие так начинают. Все зависит от того, какой у тебя склад ума. Ты хочешь, чтобы было комфортно или ты готов выйти из зоны комфорта и попробовать что-то новенькое?

— Какая лига вам подходила больше всего?— А они все более-менее похожи. Просто между АХЛ и НХЛ разница в том, что АХЛ более жесткая и грязная. А в НХЛ хоккей такой же техничный и силовой, но менее грязный.

— Сейчас КХЛ переходит на канадские коробки. Уравняет ли это хоккей по всему миру?— Я думаю, да. Хоккей будет более интенсивный и силовой, а там уже все будет зависеть от стратегии. Но хоккей точно будет быстрее, это повысит зрелищность.

— Квартальнова долгие годы считают одним из самых североамериканских тренеров из всех русских. Вы согласны с этим? Можете представить его тренером в АХЛ?— Мог бы, почему нет? Особенности менталитета — это уже вопросы персональных отношений руководства и тренера. Там же в основном вторая команда должна подстраиваться под первую, чтобы в случае вызова в НХЛ игроку не приходилось учить новую систему. Ты играешь с другими ребятами в том же самом стиле. Там все идет от первой команды: расстановка, выходы из зоны, форчек. Все нюансы идут из первой команды.

«Чтобы сделать мельницу как Каспарайтис, мне нужно задницей сесть к пяткам»

— В прошлом году вас вызывали в сборную России на Евротур. Не было неловкости из-за того, что вокруг почти одни игроки СКА и ЦСКА?— Нет, мне без разницы. Если руководство приняло решение пригласить этих ребят, значит, они на данный момент для них наиболее интересны.

— Но у вас не складывается ощущения, что из СКА и ЦСКА проще пробиться в сборную, чем из «Ак Барса»?— Это не мне решать. Вызвали — хорошо, если нет, то будет время подготовиться к следующей части чемпионата. Нет такого, чтобы я переживал, что у нас никого не вызвали.

— Болельщики не очень любят Евротур.— Все равно должна же быть какая-то практика у национальной сборной. Вдруг в НХЛ все русские попадут в плей-офф. Должен же кто-то играть.

— В Евротуре хоккей отличается от КХЛ?— Я бы сказал, что он быстрее. Может быть, менее силовой, но сам хоккей побыстрее. Собираются лучшие игроки из команд, хоть и не на всех Евротурах.

— Вы родом из Литвы, откуда и Дарюс Каспарайтис — тоже жесткий защитник. Брали с него пример?— У меня нет кумира, но мне всегда нравился его стиль игры. Он жесткий, не особо габаритный, но с характером. Я всегда симпатизировал ему. Потом в «Сан-Хосе» играл Зубрус. Я как-то против него даже играл в «Ванкувере» на предсезонке. Он вдоль борта ехал, я сыграл в тело, специально бить не стал. Но на меня накинулся его партнер по команде, подрались. У Зубруса тогда уже 1000 игр было за плечами. Ветеран, которого нельзя трогать.

— Мельница, которую любил Каспарайтис — это больше понты?— Мне кажется, в его случае это просто стиль игры. Ему было комфортно это делать. Я бы хотел уметь делать мельницу, но для этого мне нужно, чтобы против меня играли ребята по 2,10 метра. А так, мне тяжело, мне надо задницей к пяткам сесть, стать как пенек.

«Не сразу понял, как играть против братьев Седин, чтобы не потерять сознание»

— Илья Воробьев прокомментировал эпизод с Ховановым. Был такой посыл: «Ты молодой, только приехал, куда лезешь?» А вообще в хоккее такая дедовщина существует?— Есть какие-то общие правила. В НХЛ первыми выходят те, кто уже играл, а потом молодые. Но какой-то жесткой дедовщины нет. Просто есть субординация, ты должен уважать всех партнеров, а про ветеранов ты где-то в подсознании должен понимать, что эти ребята уже где-то на другом уровне. А в раздевалке они ведут себя как обычные люди. Братья Седины на улице вели себя по-обычному, не скажешь, что это великие хоккеисты.

— Вы их различали?— Сначала нет, а потом да. У одного зубы передние сделаны, а у второго череп чуть уже. Это уже потом замечаешь.

— Есть ли в мире хоккеисты, которые лучше понимают друг друга на льду?— Я думаю, нет. Их можно с закрытыми глазами на большинство поставить, они будут просто отдавать и принимать. Один раз против них делали упражнения пять на три, у меня уже голова закружилась. Я потом понял, что нужно как можно меньше поворачиваться, чтобы не упасть без сознания. Они и как люди одни из лучших командных игроков.

— С вами лично они общались?— Они легенды, но с ними вообще спокойно все. Могут сами подойти и позвать куда-нибудь поесть. Да любой вопрос они спокойно воспринимают.

— В этом плане они похожи с Зариповым?— Да, Заря такой же легкий на подъем. У него нет такого, чтобы с этим общаюсь, а этот молодой. Он со всеми на одной волне.

— Я хожу по Казани, вижу то одну фигурку Зарипова в баре, то он на доме нарисован.— Он это заслужил. Легенда.

— Седины в Ванкувере так же мелькали?— Да. Мне кажется, если они по улице будут идти, то каждый второй будет просить фотку или автограф.

«Люди легкомысленно относятся к коронавирусу. Случаются вспышки, а они идут жарить шашлыки»

— Как вы считаете, коронавирус существует?— Думаю, да.

— Просто мне кажется, что хоккеисты относятся к этому легкомысленно.— Мне кажется, вообще много людей относятся легкомысленно к этому. Случаются вспышки, а люди идут жарить шашлыки. Относятся безответственно. Если ты молодой, то можешь переболеть, и все, но ты можешь прийти домой к бабушке, и у нее начнутся большие проблемы. Это зависит от людей. Мы всей семьей сидели на карантине. Если хочешь с кем-то погулять, то обратно не возвращаешься, живешь у себя на квартире. Поэтому мы пользовались доставкой, в магазине покупали полную машину продуктов. А кто-то спокойно шарахался где-то.

— В марте люди ездили в Сочи.— Да. Есть же люди, которые верят, а есть те, кто вообще ничего не боится, пока сам не столкнется.

— В «Сочи» умер администратор. Как вы считаете, для хоккейного мира это может быть звонком?— От этого никто не застрахован. Все должны соблюдать правила защиты. Это норма во всем мире. Никто не знает, как все сложится. Ты можешь и в маске заболеть. Нужно быть аккуратнее, не ходить в кино, не сидеть толпой в ресторане. Сейчас все открыли, но вакцины еще нет.

— Один хоккеист из КХЛ мне признался, что во время карантина он жил на 30 тысяч рублей в месяц. Вы считали свои расходы?— Цифру я так не скажу, но на карантине только продукты покупал. Единственное, в чем я себе не отказываю — это в еде. Я считаю, если ты профессиональный спортсмен, то ты не можешь ограничивать себя в качестве продуктов. Хорошую машину же ты не станешь заправлять 92-м бензином. То же самое касается и питания спортсменов.

— Что вы первым делом сделаете, когда все это закончится?— Я так весело провел время с семьей, что даже не хочу куда-то на море. Вообще я бы слетал отдохнуть, где вода голубая и белый песок. В кино не очень хочу, я уже все пересмотрел, у меня все подписки есть. По болельщикам соскучился. 25% лучше, чем ничего, но атмосфера не создается, нет электричества в воздухе.

— Что бы ты взял с собой в «пузырь», если бы был игроком НХЛ?— Даже не знаю. Книг бы взял побольше.

— Книги лучше приставки?— По настроению, по ситуации. Дома я редко читаю, больше в поездках. А дома смотрю фильмы и сериалы.

— Можно там сойти с ума?— От чего? От изоляции? Я бы мог выйти на улицу, подышать, погулять. А в квартире сидеть тяжеловато. Мне кажется, любой человек, находящийся в одном месте 24 часа в сутки, найдет то, что ему не понравится.

 

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх