Свежие комментарии

  • Любовь Прокофьевна
    О! Давно не было слышно про этих предателей! Как говориться "рыбак рыбака видит из далека".Предавшие Россию ...
  • Серж Южанин
    Депутат Лебедев п...
  • Кузя Домовая
    Плющенко шестёрка Рудковской с кастрюлей на голове и чемодан без ручки фирмы Луи Витон! Рудковская держит его как руч...Радимов: «Плющенк...

«Брату помогло письмо Медведева». «Зенит» спас фаната от колонии после драки с ОМОНом

«Брату помогло письмо Медведева». «Зенит» спас фаната от колонии после драки с ОМОНом

3 августа на матче «Зенит» — «Краснодар» фанаты подрались с ОМОНом. Причиной конфликта стало ограждение для курящих, которое болельщики передвинули в перерыве. Рядом с фанатами возникли бойцы «Росгвардии», которые сначала просто стояли, а когда обстановка накалилась — бросились в бой.

Результатом драки стали приговоры фанатам: Алексей Антонов и Артем Прохоров отделались штрафом в 15 и 20 тысяч рублей, Георгий Воеводин был осужден на три года условно. Денис Первачук получил год колонии. Меньше всех повезло Артуру Данилову, получившему год и восемь.

Артур говорил, что пытался пробраться к жене, которая была на другом секторе, но по пути увидел драку и «неожиданно для себя оказался в эпицентре событий». В какой-то момент он оказался на асфальте, затем встал и, как утверждалось, ударил росгвардейца.

Все эти месяцы семья Артура — мама и две сестры — пытались привлечь внимание к его истории и объяснить, что до момента удара он был избит полицейскими. Отсюда — травма головы и частичная потеря памяти, из-за которой Артур не мог вспомнить подробности того вечера.

Анжелика Рябикова (сестра, живущая в Москве) написала тонны постов и писем с просьбой о помощи. В декабре мама Артура приходила на футбол с баннером «Мой сын — не преступник».

В итоге удалось достучаться даже до руководства «Зенита». 14 января Артуру Данилову заменили реальный срок на условный.

Сразу после этого редактор Sport24 Ярослав Кулемин встретился с Анжеликой, которая рассказала, как ее семья прожила последние полгода и что помогло изменить приговор.

Об условном сроке

— К сожалению, условный срок для нас действительно победа, — признается Анжелика. — Адвокаты сразу сказали, что это максимум, чего мы можем добиться. Нас настраивали, что, возможно, срок будет меньше — и все. На видео есть факт удара. При этом свидетель на суде сильно путался в показаниях: как они стояли, кто куда бил. Он говорил, что Артур ударил ниже колена, а на видео видно замах на уровне бедра.

Сам омоновец, когда шли первые слушания, трижды не появлялся в суде. Пришел только на четвертый раз. Сказал: «Как полицейский я вижу состав преступления, замах — это уже угроза. Но как человек претензий не имею и виновным его не считаю». Он был удивлен, что первый приговор был таким суровым. Но в суд на нас подало его начальство, и мнение сотрудника уже не имело значения.

Могу привести цитату из дела: «Допрошенный в ходе судебного следствия потерпевший в исходе дела не заинтересован». Он сказал, что не почувствовал ни моральной, ни физической боли. Просто повернулся — и увидел взмах. Был ли удар, он не понял.

Мы смотрели разные видео. В суде использовали официальное, со стадиона. А оно снято с такого ракурса, что видно только замах. Мы не лукавим — скорее всего, брат дотронулся, но, естественно, это было несильно.

Если бы он выпивал, участвовал в каких-то драках — это одно. Мы своей вины не отрицаем. Замах ногой был. Вроде бы угроза, но статья у него — применение насилия средней тяжести. Почему — без объяснений. Написано: «В целях восстановления социальной справедливости…»

Что произошло на стадионе

— Артур — очень спокойный человек. И очень невезучий. До этого он четыре раза напарывался в Питере на гопников. Прямо на районе! Один раз вообще вышел в 10 вечера за пельменями. Тогда еще мы жили вместе. Час его нет, два — думали, может, встретил кого. Оказалось — напали.

Раньше он часто ходил на футбол — в 17-18-19 лет. Сейчас ему 31. Он не фанат, а болельщик. Я средняя сестра, мы с ним росли бок о бок. Потом он женился и изредка позволял себе расслабиться — максимум четыре раза в год. Жена тоже скромная девушка, которая до встречи с ним даже в другом городе не была. В тот раз она тоже пришла на стадион.

Артур только-только купил абонемент. Это был второй домашний матч, первый он пропустил. Он купил абонемент, чтобы иногда ходить на футбол. Жена сказала: у меня есть подруга, мы тоже хотим пойти. Единственное — у них с Артуром разные сектора. Он сказал — не страшно, в перерыве встретимся.

— Но в перерыве возникла та самая ситуация с курилкой.

— Артур не курит — он шел к жене. У нас был ее билет, на который в суде даже не посмотрели. Сказали, что Артур фантазер из сказки Носова и все придумал. Это цитата.

Я говорила брату: зачем ты вообще туда пошел — там же ОМОН! А он ответил: я не знал! Почему там оказался ОМОН — наверное, мы не должны вникать. Время нестабильное, мало ли какая причина. Но они так странно стояли, что было не пройти. А когда началась заварушка — уже можно. И что это значит? Зачем это делалось?

Артура на первом суде откровенно высмеивали. А он в ходе первого столкновения был повален на землю и избит. Кто избивал — понятно. Видео Евгения Савина было заблокировано как раз за тот фрагмент, ведь в нашей стране такого не происходит.

Многие разбежались, а Артур потерял равновесие и немного подвернул ногу. Он упал, и трое людей его били. Били в шею, пах и голову. Еще двое, видя это, повернулись и добавили. Потом они его оставили, он попытался встать. И еще один удар от следующего человека… Тогда он получил сотрясение. Не знаю, в каком моменте оно было максимально тяжелым.

Потом мы нашли видео с другого ракурса, где он стоит и делает характерный жест руками: «Что вы делаете?» Да, он замахивается, но дотрагивается или нет — не видно. Брат говорил: меня шатало, помню только, что махнул.

Со стадиона забрали определенное количество болельщиков — тех, кто бил в лицо. Того же Дениса Первачука, получившего наказание в виде года колонии. Это человек, с удара которого все и началось. В декабре ему заменили приговор на условный. Хотя там сотрудник не шел на примирение, то есть полиция тоже вела себя по-разному.

Самая страшная ситуация произошла с Георгием Воеводиным — после его удара полицейский попал со сломанной челюстью в больницу. Насколько знаю, фанаты собирали ему средства на хорошего адвоката. Первый суд назначил три года условно.

Изначально в нашей семье позиция, что Артур виновен, но мы не согласны с приговором. Люди били в лицо — им дали штраф в 15 тысяч, а тут… Когда он замахивается, на него налетает еще одна огромная толпа. Есть фотография из скорой, там у брата треугольная голова. Это гематома.

Около скорой стояло очень много сотрудников. Врачи сказали, что дадут справку, но не могут сказать, при каких условиях он получил травму. Он отказался от их услуг и поехал в травмпункт, где зафиксировали рваную травму головы и черепно-мозговую травму.

Разбирательство

— Через две недели полиция постучалась в дверь мамы — брат с женой снимают жилье в соседнем районе. В этой ситуации мы были все вместе, и даже адвокат удивился, что, находясь в разных городах, мы так сплочены. Полицейские объяснили: «Понимаете, нам сказали найти больше. Часть людей была отправлена в СИЗО, и мы сейчас ведем разбирательство».

Артуру сообщили, что будет штраф, и он взял госадвоката. А тут запрашивают два года колонии. С учетом смягчающих обстоятельств (каких именно — непонятно) сделали год и восемь.

Он говорил: я помню события частично. У него все смешалось. Он даже рассказывал, что друзья помогли ему подняться, хотя на видео ничего такого нет. В деле написано: «сначала никто на Данилова физическую силу и спецсредства не применяет, возможно даже обойти место беспорядков». Судя по видео, я не знаю, как там можно было обойти. Видимо, вернуться обратно…

Никаких доказательств, свидетельствующих о противоправных действиях сотрудников, добыто не было. Но спецсредства они могли применить в качестве защиты. То, что у Артура было сотрясение, во внимание не приняли, хотя фото и видео рваной головы об этом говорят явно. Такой удар мог стать последним.

Вот так и получилось: жены у него нет, травмы головы нет, и, говоря об амнезии, он пытается себя выгородить.

— Как к этому всему отнеслась ваша мама?

— Наша мама — инвалид третьей группы, мать-одиночка с тремя детьми. На данный момент она стоит на учете у онколога и ежегодно попадает в больницы. Ей удалили уже два органа, и Артур — единственный человек, который реально может ей помочь. Так как состояние ее здоровья оставляет желать лучшего, а брат у нас скромный и менее социально активный, он все переживал внутри и не хотел делиться. Мы очень долго не знали, что случилось.

Сначала к нам пришла полиция, потом мы стали читать новости. Были в шоке. Мама периодически зовет нас в гости, а он говорил, что занят — пытался отсрочить, чтобы она не видела шрам. С течением времени, когда пошли суды, сказал, что будет штраф. А где-то в конце ноября сообщил, что приговор вынесен — год и восемь месяцев колонии-поселения.

Попросил: «Пожалуйста, не говори маме, я подал апелляцию». Под стражу его не взяли. Несколько дней все удалось держать в секрете, а потом мама обнаружила новость. Тогда она сказала: «Надо действовать».

Акция «Фанат — не преступник»

— Я начала распространять информацию в инстаграме и Вконтакте. У меня есть друзья в музыкальной сфере, они стали публиковать посты у себя на странице. Очень помогла группа Ofnews, там сразу отреагировали и поддержали. Откликнулись фанаты самых разных клубов.

Хотя реакции были разные. Более взрослое поколение писало: «Мы видели, как фанаты ведут себя в метро! Это ужас». Были парни, которые писали, в том числе лично: «Так ему и надо, знаем мы этих фанатов!» Мы что-то объясняли, давали ссылки на видео. И люди писали: «Извините, да, несправедливо».

Если бы брат пьяный кидался на людей, мне самой было бы неудобно писать друзьям и просить помощи.

— Артур молчал сознательно?

— Мы решили, что за информативную составляющую отвечаю я. Можно было записать видео, но что бы он там сказал? Шло следствие, и для него это могло быть опасно. Я с ним общалась, иногда он говорил: я хочу, чтобы ты эту идею продвинула, чтобы ты это рассказала. Сейчас он, может быть, готов записать какое-то видео.

— В какой момент пришла помощь от клуба?

— Первые письма я писала еще в сентябре. Когда мы узнали, что Артуру светит срок, у нас уже был шок. Тогда «Ландскрона» (фанатское движение. — Sport24) дала номер человека из службы безопасности «Зенита». Я позвонила, представилась, мне ответили: «Все знаем. Что нужно?» Я попросила юридическую поддержку. Сказали: «Без вопросов — клуб вернется из Португалии (речь о матче с «Бенфикой». — Sport24), мы с вами свяжемся».

Я стала связываться со многими ребятами с «Виража», нам добрые люди скидывали ссылки, к кому обратиться. Попросила «Вираж» выйти с баннером «Свободу Артуру Данилову». Мне сказали: поддержка будет, у нас крутая идея. Звонит сестра: а вдруг не то, вдруг не будет фамилии? Она захотела сама взять простыню и написать про Артура. Но мы на всем этом фоне стали реально бояться за семью — она молодая девчонка, у меня ребенок. У каждого был страх, единственное — мама говорила: мне уже все равно, мне 51 год, и у меня сын в такой ситуации.

Решили, что мама пойдет с баннером «Мой сын не преступник», и никто ее не тронет. Сестра все нарисовала, они пришли на стадион где-то на тридцатой минуте и достали баннеры. Сделали две фотографии — и тут к маме подходит стюард: «Прошу вас выйти со стадиона, вас ожидает полиция». А в этот самый момент уходил «Вираж». Мать с сестрой вышли, а стюард просто стоял и не понимал, что происходит. Спрашивал: «Что у вас за баннер? Кто такой Артур?»

Полиция в итоге так и не вышла. Но стюарду поступил звонок, сказали забрать баннер и попросить удалиться. Мама все это время была со мной на телефоне. В итоге то, что она ушла вот так, сыграло нам на руку. О нас услышал Паша Сергеев (болельщик «Зенита». — Sport24), который удивился, что нами никто не занимается. Совпадение или нет, но заявление «Зенита», что клуб пообещал юридическую помощь и держит тесный контакт с семьей, появилось тогда.

Об игроках «Зенита» и Евгении Савине

— Через день играл «Спартак». И мне начали скидывать фотографии с болельщиками, державшими баннер «Свободу Артуру Данилову!» А я не то что не знаю, кто эти люди — я потратила сутки, чтобы найти их и сказать спасибо. Но так и не смогла. Когда фанат «Спартака» выносит баннер в поддержку фаната «Зенита», это круто и сильно.

Я восемь лет знаю группу Anacondaz, это мои друзья. Нам была нужна информационная поддержка, мы написали обоим солистам — и оба помогли. При этом один — дикий болельщик «Спартака» и терпеть не может «Зенит», а другой вообще далек от футбола.

Просто я немного в другой сфере — музыкальной. В прошлом мае в «Лужниках» проходил фестиваль MayDay — он бесплатный, каждый год я ходила туда с ребенком и думала, что это абсолютно безопасно. В тот раз попасть уже было нельзя, и я сразу ушла. А когда добралась до дома, увидела потасовку. Кто знает, что было бы с нами? В толпе на видео были родители с детьми! Не знаю, конечно, почему они их сразу не вывели…

Так вот, тогда еще один мой знакомый (сейчас, правда, мы не общаемся) — Noize MC — заявил, что не будет выступать, когда полиция избивает его слушателей. Эту идею я и хотела переложить с музыки на футбол. Но там достучаться до людей с аудиторией оказалось сложнее.

— Вас это удивило?

— Я выкладывала в инстаграме истории и отмечала аккаунты футболистов. Семак посмотрел все, Жирков лайкнул информацию, как мать выводят со стадиона… Они хотя бы знают.

Были попытки достучаться до блогеров. Один (речь о Евгении Савине. — Sport24) сделал очень хорошее и популярное видео, где затронул нашу историю. Только позвал незнакомого нам человека, который сказал: «Я не знаю, зачем Артур это сделал». Меня это обескуражило. Позже я связалась с этим человеком, но он так мягко ответил: «Да, у вашего брата плохая ситуация».

На первом этапе, когда мы искали поддержки, я написала Савину много писем. Он не ответил (по словам режиссера шоу Кирилла Гаврилова, это была фэйковая группа «КраСавы» ВКонтакте. — Sport24). Потом вышло видео, в котором говорилось о нас. И это повергло в шок: получилось, что человек, который ничего не знает, спросил другого человека, который ничего не знает. И они сделали свои выводы. Но ты блогер — так почему не разобраться, не собрать информацию?

В конце концов, меня из-за этой волны нашли знакомые Евгения. И в один день скинули его номер. Звонить мне показалось некорректно, я написала. Через день он отреагировал: «Чем я могу вам помочь?» Я ответила: в вашем видео вы задаете правильный и главный вопрос — зачем Артур это сделал? Я хочу вам ответить. Реакции не последовало, но он стал следить за мной в инстаграме. А в день апелляции поинтересовался, сколько Артуру дали. Узнав, что срок заменили на условный, написал: «Я вас поздравляю, ура! Создали резонанс, и это помогло!» Создали… Странно, конечно.

Нам очень сильно помог Паша Сергеев, мы благодарны ему до безумия. У них была встреча с президентом клуба Медведевым. На той встрече он задал много вопросов, после этого «Зенит» выделил нам очень хорошего адвоката. Взрослый мужчина с 25-летним опытом, он был и прокурором, и адвокатом. Знает эти истории с двух сторон. Неделю основательно с ним разговаривали, он встречался и с мамой, и сестрой, составлял психологический портрет семьи. Мы собрали очень много документов, выстроили определенную линию.

Сразу обнадеживать он не стал, однако сделал максимум. Буквально за несколько дней до суда я мониторила все сайты судов. Смотрела, кому сколько дали, читала приговоры ребят и следила за делом Первачука, в итоге получившего условный срок. У него там характеристика не очень. И на этом фоне я поняла, что, если ему дали год, а нам год и восемь, мы как минимум должны так же. Нашли адвоката Дениса, приложили материалы его дела.

Помимо того, что «Зенит» дал нам адвоката, неожиданностью стало появление на суде работника службы безопасности клуба. Когда ему дали слово, он предоставил ходатайство от Александра Медведева. Мы этого даже не знали! Президент клуба написал бумагу с просьбой смягчить наказание! Я думаю, это немаловажный фактор. Мальчик в суде — это одно, а мальчик с представителем «Зенита», письмом и таким адвокатом — это другое.

Недавно у меня был день рождения. Конечно, я загадывала, чтобы брата отпустили. В момент вынесения приговора мама начала плакать. Дали слово прокурору, а она сказала: «Я считаю, что приговор актуален». Услышав эти слова, мама заплакала. Брат испугался за маму, адвокат — за брата.

Но все так странно и счастливо разрешилось.

— Есть ли какой-то запрет на посещение Артуром стадиона?

— Через 10 дней, когда придет бумага, мы сможем сказать. Но нам мягко намекнули: три года на футболе лучше не появляться. Слова добрых людей. И, естественно, после того, что он пережил за последние полгода, брат говорит: «Какой футбол? Нет, я дома, максимум — в баре». Он так и жил раньше: дом-работа-футбол (Артур работает на табачной фабрике), теперь просто минус футбол.

Он с детства болел за «Зенит» и благодарен, что в такой момент они помогли. Мы решили, что брат напишет официальное письмо с благодарностью. Что дальше — не знаю, но самое страшное позади. Мы добились чего хотели.

Подпишитесь на канал Sport24 в Яндекс.Дзене

 

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх