Свежие комментарии

  • Виктор Артамонов
    Прекрасный ответ Я. Рудковской.Жена Плющенко Руд...
  • Виктор Артамонов
    "В ролике Гном Гномыч, как мальчика называют родители..." Прекратите использовать эту оскорбительную дурацкую кличку,...«Зачем родители п...
  • Галина Миронова
    Прижать бы чпекулнтов, чтоб былВолосожар: «Я уже...

«Не вижу альтернативы Путину». Дмитрий Хохлов — о проблемах России, конфликтах в «Динамо» и вине после игр

«Не вижу альтернативы Путину». Дмитрий Хохлов — о проблемах России, конфликтах в «Динамо» и вине после игр

«Зарплаты медикам и учителям обязаны быть в разы выше»

— Как проводите время на карантине?— Дома на изоляции. Никуда не выходим, если только за продуктами, ну и к родителям заезжаем, чтобы помочь.

— Александр Алиев называет коронавирус фейком. Согласны?— Не согласен. Люди болеют. Я общаюсь с друзьями из Испании, там очень много погибших. Пугающая картина. Так же и у нас число заразившихся растет.

— В Москве заработали электронные пропуска. Уже пробовали по ним передвигаться? — Один раз. На прошлой неделе выехали с женой за продуктами. Без проблем пропуск оформили, очень быстро получили. Да, я видел большое скопление людей в первые дни. Но само введение пропусков ошибкой не считаю. Не обошлось и без людей, которые в первые дни карантина поехали на шашлыки. Призвал бы наших граждан ответственно относиться к этой ситуации. Посмотрите на тех же врачей, которые не спят сутками. Подумайте о них и своих близких!

— При этом в регионах получают не самую большую зарплату.— Конечно! Зарплаты медикам и учителям обязаны быть в разы больше.

— Россия не вводит ЧС, многие потеряли работу из-за вируса. Вам не обидно за державу? — В этом плане — да. Должны быть каникулы по любым выплатам. Сейчас народ как никогда нуждается в поддержке.

Рассуждать о том, какие меры должны быть, не хочу, у нас есть руководство страны. Но что нужно поддерживать людей — это обязательно.

— Среди ваших знакомых есть те, кто лишился средств на существование из-за вируса?— Есть те, кто закрыл свой бизнес. Мой друг детства — единственный собственник своего дела. За март выплатил своим сотрудникам зарплату из своего кармана, а дальше был вынужден закрыть двери. И эти наемные рабочие остались без денег. Непонятно, как живут. Но другого варианта у моего друга просто не было.

— На что вы сейчас живете? Есть свой бизнес или недвижимость? — Есть бизнес, который приносит доход, но о нем не хочется говорить.

«Деньги должны направляться на пенсионерку Людмилу Ивановну — и если останутся, на содержание клуба»

— Что в этой ситуации делать с РПЛ?— Давайте определимся, когда мы возобновляем сезон, а потом уже будем говорить, как играть. Нужно выбирать меньшее из зол. Если есть возможность доиграть со зрителями, нужно это делать, нет — что ж поделать. В этом случае я за то, чтобы доиграть без зрителей.

— Газзаев говорил, что прямо сейчас «Зениту» нельзя отдавать чемпионство, ведь сезон еще не доиграли. Это было бы справедливо? — Это было бы вынужденно. «Зенит» идет с явным отрывом, больше всех претендует на чемпионство. Если бы опережал «Краснодар» на одно очко, это (присудить ему первое место) было бы не совсем справедливо. Но повторюсь: я за то, чтобы доиграть чемпионат. Что с командами, которые стоят на вылет? Те, кто занимает последние места, вряд ли с эти согласятся.

— Уровень лиги упадет из-за финансовых проблем клубов?— Думаю, да. Не будет таких больших зарплат и бешеных трансферов. Возможно, и число легионеров сократится.

— По мнению Семака, государству нужно уйти из футбола. Это поможет? — Если у нас найдутся желающие сделать все клубы частными… Но, думаю, это невозможно на данный момент.

— В России есть дотационные регионы. Правильно ли, когда в таком регионе выделяются деньги на зарплаты футболистам, а не на тех же пенсионеров? — Понимаю, поэтому я и сказал, что изначально деньги должны направляться на условную пенсионерку Людмилу Ивановну, и только уже потом, если останутся деньги, на содержание клуба. Получается, что государство плохо влияет на простых граждан, вливая деньги, например, в футбол.

— Согласны, что футболисты слишком много получают?— Согласен. В России рынок зарплат перегрет. И у меня вопрос: кто эту зарплату устанавливает? Футболисты? Представим: я владелец клуба и я не хочу платить такую большую зарплату. И если условный футболист Иванов хочет получать миллион рублей, а я знаю, что его максимум — это 500 тысяч, то меня никто не заставит платить ему заветный миллион. У нас хают футболистов, но не они устанавливают зарплату. Они просят или требуют, а платят-то другие люди.

Если у нас есть слабый легионер и он получает большую зарплату, то за это тоже должны нести ответственность. Ведь эти деньги он точно не потратит в России.

— Вам не обидно, что нынешнее поколение футболистов получает в разы больше, чем ваше? — Нет, честно. До нас получали меньше. И если сидеть и думать, что вот сейчас могли зарабатывать больше… Все в жизни нельзя ухватить. Доволен тем, что получал раньше.

— В бытность главным тренером у вас не было мысли: за что этот футболист столько получает?— Было. И есть футболисты, которые не то чтобы валяют дурака — но судя по их уровню, я не мог понять, почему у футболиста такая большая зарплата.

— Фарфан (вроде бы в шутку) сказал, что не согласен на сокращение зарплаты. Если бы вы были его тренером, ваше отношение бы к нему изменилось?— Не буду осуждать. И да, наверное, лучше сразу идти на понижение, я бы не задумывался об этом. Но кто-то против этого, это его позиция. Хотя мне, конечно, она непонятна. У меня бы у как тренера, наверное, осадочек остался, в чем-то я бы его меньше уважал. Но постарался бы как положено исполнять свои обязанности: путать личное и профессиональное не нужно.

«Не понимаю, как без помощи прожить только на пенсию»

— Из-за коронавируса дата перенеслась, но скоро будет голосование по поправкам в Конституцию России. Поддерживаете? — Не увлекаюсь политикой.

— Как относитесь к нынешней власти?— Нормально.

— И у вас нет никаких вопросов к государству?— Конечно, есть. Те же пенсии, зарплаты. Есть вещи, которые мне не нравятся, и есть вещи, которые мне нравятся. А есть то, что я категорически не приемлю.

— Есть ли у нас альтернатива Путину?— Пока не вижу.

— Вы ее не видите или нам ее не дают увидеть? — Не могу сказать. Но, повторюсь, пока альтернативы Путину не вижу.

— Главные проблемы страны? — Коррупция. Может, мы и на правильном пути, но по истории мы уступаем.

— Миллиардеры в России в 90-е сделали свое состояние за счет запасов страны. И очень мало тех, кто сделал состояние, создавая мировые компании. — Не согласен. А как же Галицкий? Я не отношусь к категории, которые хают все в своей стране.

— Но в процентном соотношении нефтяных миллиардеров будет больше. Вам не кажется, что страна села на нефтяную иглу?— Здесь я соглашусь, мы очень зависим от нефти. И ресурсы можно использовать эффективнее, это касается и своего производства, которого все меньше и меньше. И это относится к тому, что мне не нравится.

Когда я раньше приезжал к маме, то я видел пашни и работающих. Сейчас этого становится все меньше и меньше.

— Беленов жаловался на маленькую пенсию у его родителей.— Поддержу! Не понимаю, как без помощи прожить только на пенсию. Это нереально. В той же Испании пенсионеры могут поехать за границу и посмотреть другие страны. Да и много чего они могут себе позволить, что не могут себе позволить наши пенсионеры. Становится обидно.

Почему так? Да разгильдяйство. Но вот я прожил за границей шесть с половиной лет. Там тоже есть коррупция, просто в меньших масштабах. Получается, все зависит от конкретных людей.

— Если сравнить природные ресурсы Испании и России, то мы точно впереди.— Даже и близко не сравнить.

— Смотрите ютуб Навального? — Да, что-то мне нравится, что-то нет.

— Представляете его во главе страны?— Нет. Почему? Для меня это не альтернатива Путину.

— Россия помогает многим странам в борьбе с коронавирусом, но некоторые говорят, что сначала нужно помочь своей стране.— Сложный вопрос. Кончено, мы в первую очередь должны заботиться о своих гражданах, но и помогать другим странам тоже возможно. Да, наверное, и нужно это делать.

— Сейчас много волонтеров, которые помогают старикам и просто нуждающимся. Если что, готовы также безвозмездно помогать нуждающимся гражданам?— Конечно, готов! Я даже не задумывался.

— Спрашивали у знакомых по «Реалу Сосьедад», как у них обстановка с коронавирусом? Что говорят? — Недавно как раз созванивался. Тяжелая ситуация, конечно, в стране.

— У ваших испанских знакомых есть знакомые, кто лишился жизни из-за вируса?— Как раз эту тему и обсуждали. Честно, таких нет. И это повод задуматься. Например, умер дедушка в возрасте 82 лет — могут же причиной указать коронавирус. Но тем не менее, мне кажется, что что-то существует. Но и понимаю, что многое можно провернуть под шумок пандемии.

«Если Филипп считает меня грубым, то он очень нежный»

— Максимилиан Филипп в интервью Sport24 раскритиковал вас, вы ответили ему так: «Если ты считаешь себя суперзвездой — доказывай это на поле». Кто-то в вашей команде считал себя суперзвездой, чересчур возвышался?— Я такого не замечал, чтобы ходили с гордо поднятой головой. Был ли я удивлен словами Филиппа о моем грубом отношении? Да, он меня сильно удивил. Эти слова мне непонятны. Если Филипп считает меня грубым, то он очень нежный. Тот же Фергюсон в Бекхэма бутсу кидал, еще что-то было. Футбол — эмоции на поле и вне его. Пусть Филипп зайдет на соседнюю базу в Новогорске и посмотрит, как тренируются девочки-гимнастки. И увидит, как, сколько и что они слышат.

— Может, вы в чем-то перегибали палку в отношении Филиппа?— Не скажу, что перегибал. Да, где-то осознано хотел завести игрока, но нецензурных выражений у меня не было. Никогда не оскорбляю игроков лично. А говорю в повышенном тоне для того, чтобы игрока разозлить в хорошем смысле.

— Ожидали большего от игры Филиппа?— Гораздо большего. Меня удивило, в какой форме он приехал, очень долго ее набирал.

— Более-менее всем очевидно: немец приехал в «Динамо», чтобы заработать большие деньги. Согласны?— Конечно! Но на тренировках работал по полной программе, здесь нет никаких вопросов. Был бы он лучше готов на момент переезда — может, и больше бы играл. Но на тот момент я давал ему столько времени, сколько он мог играть. Но повторюсь, никакой халявы с его стороны не было.

— Может, тогда он просто обиделся на вас?— Не исключаю, потому что его слова мне не были понятны абсолютно. Скорее всего, какая-то личная обида.

— Вас боялись футболисты?— Не хочется, чтобы тебя кто-то боялся. Хочется, чтобы тебя услышали. Я всегда стараюсь объяснять без крика, но после игры или в перерыве, когда игроков нужно взбодрить — нужно повышать голос.

— Не думаете, что когда вы хотите донести мысль, некоторые сковываются и неправильно вас понимают? — Это уже психология. Если ты повышаешь голос на определенного человека, то ты должен понимать, слышит тебя или нет. Один может нормально отреагировать на повышенный голос, а другой замкнется. Нужно понимать, кого можно поругать, а кого по головке погладить. Приходили ли ко мне на личный разговор? Подходили разговаривать, в основном, по схеме. Например, игрок, у которого была новая позиция, и он не до конца ее понимал. Сидели с ним и разбирались.

«После «Оренбурга» и отставки выпил. Так легче засыпается и отпускает»

— Вы сами ушли в отставку с поста главного тренера «Динамо». Можете вспомнить вашу последнюю беседу с руководством клуба на посту главного тренера?— Да ничего такого: сказал, что команде нужна встряска. И, конечно же, эта необходимость связана с отставкой тренера.

— С прежним спортивным директором «Динамо» Романом Широковым, по вашим же словам, у вас было недопонимание. В чем оно проявлялось? Можно ли сказать, что вы не сошлись с ним характерами?— Характерами — вряд ли. Можно и нужно сотрудничать, у нас просто были разные взгляды на какие-то вещи. Опять же — это внутренняя кухня, ее бы не хотелось раскрывать.

— Тогда проще: был ли у вас конфликт с Широковым?— Конфликт был на отдельные темы. Сейчас его нет.

— Пожмете Широкову руку?— Мы с ним в футбол играем. У нас фотографии есть, где мы вместе стоим. Было недопонимание, но оскорблений и перепалок — нет.

— Бывший главный тренер молодежки Ковардаев утверждал: против вас при Широкове велась игра. Было такое, что Роман хотел вас вытолкнуть из клуба?— Что велась игра — это догадки, не надо себя накручивать. Если его мнение (Широкова) не совпадает с тренерским, то наверняка ему некомфортно. И он хотел бы, чтобы этот главный тренер из клуба ушел. Что здесь такого? Это жизненная ситуация, которая встречается на каждом углу.

— По словам Орещука, Широков говорил по поводу вас: «Я знал, что у него ничего не получится. Знал, как будет играть команда». А до этого заявлял, что полностью доверяет вам. Вам не кажется, что Широков поступает лицемерно?— Он мне никогда не говорил: «Дмитрий, ты супертренер». Так же, как он мне не говорил, что у меня ничего не получится. У нас были конфликты, но это нормальный рабочий процесс. Вы думаете, что у нас с Орещуком не было конфликтов?

— Это нормально, когда столько недопонимания?— Когда много недопонимания и все противоположно — это ненормально. А когда идут спорные вопросы — абсолютно нормально. В диалоге ты свою точку зрения аргументируешь или же бывает, что тебя переубеждают. Человек же ошибается.

— Роман Орещук ушел из «Динамо» вслед за вами. Правильно ли поступил?— Я ему сразу сказал: «Оставайся». Но он посчитал, что тоже ответственен за результат. Что мы сделали неправильно — затеяли глобальную перестройку в короткие сроки. Нельзя было так кардинально менять состав! И понятно, что была просадка по результату. Такие постоянные перемены — болезнь не только в «Динамо», но и у других клубов. Если проанализировать, редко в таких командах смена [состава] приводит к положительному результату.

— У нынешнего руководства получится достичь тех целей, которые сейчас есть у команды?— Юрий Алексеевич (Соловьев, председатель совета директоров. — Sport24) — человек, который не просто со стороны наблюдает, но и по возможности участвует во всех процессах. Команда ему не безразлична, и с этим отношением все должно получится. Отношусь к руководству уважительно.

— Какой матч в «Динамо» был для вас самым эмоциональным?— Во время поражений у тебя одни эмоции, во время побед другие. В первый год работы мы в заключительном туре выиграли у «Спартака» — сумасшедшие эмоции! В 2019-м проиграли «Рубину» в большинстве и с полным территориальным преимуществом. Когда команда пропускает гол на 93-й минуте, то у тебя появляются совсем другие эмоции. Погромы не устраивал, но на повышенных тонах разговаривал.

— После каких-то неудачных матчей вы могли выпить?— Случаи были: после «Оренбурга» и отставки выпил. После какого-нибудь матча мог позволить себе бокал вина и так далее. Так легче засыпается и отпускает. Но не было такого, чтобы напивался, потому что у нас после игры всегда была тренировка. Я не мог приехать с перегаром.

— Как вы относитесь к футболистам, которые любят загулять? Тот же Алиев рассказывал, что в его случае дошло до кодирования. — Футболист должен быть профессионалом всегда. Но не секрет: алкоголь тоже довольно часто употребляют. Нужно знать, в каких количествах и как это влияет. Если доходит до кодирования, такого нельзя допускать. В Испании за день до игры, бывало, нам ставили бутылку вина на четверых. Тоже употребление алкоголя, но кто-то относится к этому негативно, а кто-то наоборот. Я нормально отношусь, если это в меру и своевременно. У тебя есть после игры тренировка, а на следующий день выходной? Ну, выйдет игрок вечером с женой или с подругой в ресторан, чуть-чуть выпьет вина — ничего страшного.

«Меня никто не спрашивал про сыновей Аджоева и Черчесова. Я их не хотел»

— Александр Кокорин недавно говорил, что не видит в России молодых нападающих, которые в будущем могут проявить себя. Согласны с ним?— У нас нападающие есть: Чалов, Соболев… Они могут себя проявить, но проявят ли? Пока до уровня Кокорина, Дзюбы или Смолова не дотягивают. Но еще есть время.

— Как вы относитесь к тому, что произошло с Кокориным? Их с Мамаевым нужно было сажать?— Думаю, нет. У нас много таких случаев происходит, но это были показательные выступления, чтобы другим не повадно было. Было ли это указание сверху? Наверное.

— Смолов правильно сделал, что уехал в Испанию?— Да, однозначно. Он непостоянно играл в стартовом составе «Локомотива» и стоять на месте не хотел. Если есть возможность поиграть в таком чемпионате, как испанский, безусловно, нужно принимать такое решение.

— Семин вот не отпустил Миранчука в «Милан». Не обидно за Алексея?— Не думаю, что там только Семин повлиял, ведь клуб в итоге решает. Он (Миранчук) принадлежит клубу, а не тренеру. Да и какой нормальный тренер захочет, чтобы у него забрали одного из лидеров? По-человечески можно понять Миранчука, потому что он хочет играть в большом клубе. Семина же можно понять, как тренера.

Если бы этот трансфер случился, то у Алексея были бы все данные, чтобы заиграть [в «Милане»]. Но и есть побочные факторы: адаптация к другой стране, другой команде и новым требованиям.

— Вы согласны с тем, что Миранчуки выиграли все в России, и у них больше нет мотивации играть здесь?— Почему нет мотивации? Роналду и Месси тоже все выиграли, но у них же находится мотивация. Когда начинают говорить о мотивации, у меня нервный тик идет. Почему мы должны искать мотивацию для профессиональных спортсменов? Если нет мотивации, то заканчивай с футболом.

— Но ведь из РПЛ классным игрокам нужно переходить на ступень выше.— С этим согласен, но не всегда желание игрока совпадает с желанием клуба. Клуб готов продать игрока за определенную сумму, а «Милан» не готов эту сумму платить. Игрок очень сильно хочет — но клуб же понимает, что он вложил в него немало денег и желает их вернуть.

И есть другая ситуация: футболист никуда не хочет уезжать, потому что ему платят [хорошую] зарплату, живет в одном городе с женой и со всеми благами. Решает, что не хочет для себя новых вызовов и не будет ничего никому доказывать. Я в свое время уехал в Европу, очень хотел там играть. Поэтому если меня спросят, то скажу, чтобы уезжали в Европу — там классно.

— Летом вы отказались продлевать контракт с Евгением Луценко, обосновав это тем, что у вас была возможность купить форварда посильней. Сейчас Евгений — в топ-5 бомбардиров РПЛ. Не жалеете, что не продлили тогда контракт?— Решение принимал не только тренер. Контракт закончился, и действительно была возможность взять топ-форварда европейского чемпионата, поэтому контракт с Женей не был продлен. У него не все получилось в «Динамо», но сейчас в Туле раззабивался, молодец.

— И как раз вашим новичком в нападении был Клинтон Н’Жи. В итоге у него за «Динамо» в 15 матчах — лишь один гол. Его переход — ошибка?— Время покажет, было ли это ошибкой. Некоторые игроки быстро адаптируются, другим нужно больше времени.

— При вас в молодежном составе «Динамо» играли сыновья двух людей из клуба — Гурам Аджоев-младший и Станислав Черчесов-младший. Можно сказать, что их пропихнули в команду отцы?— Меня тогда никто не спрашивал, они были просто подписаны клубом. Я их не хотел, были игроки сильнее. Талант у них есть, но футбол — это конкуренция. Считаю, что тот, кто эту конкуренцию выигрывает, и должен играть, несмотря на имена.

— Один из бывших партнеров Черчесова-младшего говорил, что отец заставляет его играть в футбол. Замечали такое?— Нет. Как можно заставить взрослого человека делать то, чего он не хочет делать? Если не хочу играть в футбол, меня вряд ли кто-то заставит это делать в 20 лет. Были у меня случаи в детской команде, когда парня заставляли заниматься музыкой. Хочешь играть в футбол? Тогда должен еще и заняться музыкой. Это нам было по 10 лет — но в 20 лет нереально человека что-то заставить делать.

— Три футболиста молодежки «Динамо», не реализовавшие свой талант? — Было очень много талантливых. Если из защитников, это Егор Данилкин. Казалось, что у игрока прекрасное будущее, но он играет в ФНЛ, а не в РПЛ: травмы помешали сделать ему большую карьеру. Валера Сарамутин, казалось, должен быть суперигроком, но сейчас вообще уехал из страны. Коля Обольский тоже очень перспективный парень. Не у всех получается.

— Из той же команды сейчас Живоглядов играет в «Локомотиве», Зобнин в «Спартаке», Ташаев в «Рубине». Гордитесь ими?— Реально рад за всех. Переходный этап — тяжелый период у любого спортсмена. У нас получилось довести многих игроков, которые сейчас играют на хорошем уровне.

— С чем связываете спад Зобнина в «Спартаке» после травмы? Сейчас он хорошо играет, но был период, когда он просел. — Насколько помню, его начали дергать — то на одну позицию, то на другую. Это не дает какого-то всплеска. Я надеюсь, это был просто временный спад. Игрок действительно очень сильный.

— Зобнин на правом фланге — на своем месте или нет?— Я считаю, что игрок с такими данными должен играть в середине поля. Он справится с позицией на правом фланге, но это не использует его по максимуму.

«Матч России и Украины был бы очень интересен»

— Вы играли в эпохальном матче с Украиной в 1999 году. Один из самых печальных моментов в вашей карьере?— Наверное, да. Мы этого не заслуживали. Недавно читал интервью Шевченко, где он вспоминал тот матч. Да, Андрей тренировал такие удары, и пару раз у него залетало, но это был абсолютно простой мяч. Это случайная ошибка, которую допустил Саша Филимонов. При подаче с фланга все игроки крутят в сторону ворот, и когда набегают [другие игроки], часто залетают такие мячи. Шевченко тренировал подачи оттуда, но такие удары тренировать — преувеличение.

— Правильно, что сейчас Россию и Украину разводят по разным группам?— Спорт и политику вообще не нужно смешивать. Естественно, это был бы очень интересный матч, но в целях безопасности разводят. Нужно проходить дальше [на Евро-2020], и на какой-то стадии сыграем друг против друга. Там уже УЕФА не сможет помешать.

— Кроме «Реала Сосьедад», вы играли и за ПСВ. Чем запомнился Эйндховен?— Там было классно и комфортно. Колоссальная разница между тем, что было в российском чемпионате: идеальные поля, все условия для тренировок, переполненные стадионы. После наших болот приезжать туда играть было одно удовольствие.

— Почему не вернулись в Европу по завершении карьеры? Например, как тренер. — Мне и в Москве нравится учиться. Хотел бы в Европу переехать? Вполне возможно, что потом — да, но не сейчас.

— Есть мечта возглавить европейский клуб?— Начинать надо все равно здесь. Мечты нет, но потренировать бы не отказался. Были разговоры несколько месяцев назад, об этом тоже спрашивали.

6 быстрых вопросов

— Три самых талантливых молодых футболиста России.— Шапи, Обляков и Евгеньев.

— Круче быть тренером или игроком?— Круто быть и игроком, и тренером.

— Самый крутой гол за карьеру?— У меня два любимых: «Интеру» за «Локомотив» и «Мадриду» за «Реал Сосьедад».

— Лучший игрок, против которого вы играли?— Зидан.

— ЦСКА или «Динамо»?— И тот клуб, и другой. Не могу вычеркнуть ЦСКА из своей жизни: он дал мне путевку в большой футбол.

— О чем сейчас мечтает Дмитрий Хохлов?— Чтобы коронавирус закончился с наименьшими потерями и все могли спокойно выходить на улицу.

Подпишитесь на канал Sport24 в Яндекс.Дзене

 

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх