Свежие комментарии

  • mark kapustin
    Живя в России была скромницей, уехала в Штаты и понеслось, ну выложила и выложила......«Ух, как горячо. ...
  • Екатерина
    Судя по нaстроениям избирaтелей в бюллетень придется добaвить грaфу "Только НЕ ЗА ЕДИНУЮ РОССИЮ"Вяльбе собирается...
  • кузнецов владимир
    и вот такие милоновы сидят у нас в руководстве страныМилонов — о транс...

Что рассказали Тутберидзе и ее штаб Ивану Урганту: видео

Что рассказали Тутберидзе и ее штаб Ивану Урганту: видео

Этери Тутберидзе, Даниил Глейхенгауз и Сергей Дудаков стали гостями шоу «Вечерний Ургант». Причем в зале сидели исключительно воспитанники «Хрустального», которые встретили свой тренерский штаб оглушительными аплодисментами.

Дудаков: Ну что, по домам?

— Нет, стойте. Ребята, давайте истерику остановим, вы каждый день видите эту троицу, они вас тренируют. Скажите, все пришли добровольно или был общий сбор?
Тутберидзе: Общий сбор.

— Спасибо вам, всем троим, потому что благодаря вам мы какие-то очень гордые ходим в последнее время. Этери Георгиевна, я смотрю на вас, а вы на меня смотрите с подозрением, как будто вы от меня какой-то подвох ждете.
Тутберидзе: Жду.

— Почему это вы ждете от меня подвох?
Тутберидзе: Ну, обычно он есть на вашей передаче.

— Вы же к Познеру ходили, заходили в клетку к тигру!
Тутберидзе: А не было подвоха (улыбается).

— Мне сказали добрые языки, что когда вы ходили к Познеру, вы смотрели его многие интервью, вопросы, которые он задавал женщинам, и готовились.
Тутберидзе: Готовилась и выписывала вопросы по Прусту, я готовилась, а в итоге меня спросили «черное или белое», «кошка или собака»…
Глейхенгауз: Но вы же справились.
Тутберидзе: …«восход или закат».

— А после этого — что скажешь Богу?


Тутберидзе: Да, и все (улыбается). Я так поняла, ко мне отнеслись как к спортсмену.

— Сегодня вы готовились к интервью?
Тутберидзе: Нет, не готовилась.

— Молодец! Пересматривали наши программы?
Тутберидзе: Нет.

— Давайте представим, что я — фигуристка, мне проще и вам проще. Я собираюсь делать новую программу, для Олимпийских игр. Расскажите, что происходит дальше, какой порядок действий, за какие действия отвечает каждый из вас?
Тутберидзе: Ну, вначале мы вас спросим, как вы себя видите, в каком образе, в какой музыке, что бы вы хотели…
Глейхенгауз: Чего хочет девочка?
Тутберидзе: Да. Ну, а потом все равно сделаем то, что лучше.
Дудаков: А я просто вижу конечный продукт.

— Я могу выбрать музыку?
Тутберидзе: Да.

— Сказать: я так люблю корейскую группу BTS. Что вы мне ответите?
Тутберидзе: На показательный (улыбается).

— Вы сначала придумываете музыку? Кто отвечает за музыку?
Глейхенгауз: За музыку в большей степени отвечаю я. Но мы всегда делимся друг с другом идеями, поэтому если музыку находит Этери Георгиевна, дает послушать мне…

— То она вам всегда нравится.
Глейхенгауз: Приходится так говорить, да (смеется).
Тутберидзе: Допустим, я могу придумать образ без музыки. Или я вдруг приношу музыку, она мне нравится, но к ней надо что-то еще или как-то. В общем, это совместный процесс.

— Сергей, а для чего вы?
Дудаков: А я просто оцениваю (смеется).

— Мне сказали, что Сергей — самый скромный человек на Земле. Этери, расскажи, что делает Сергей, если он сам не хочет говорить.
Тутберидзе: Он тренирует ребят, пока мы в постановках, работает на удочке — мы этого не делаем.
Глейхенгауз: Это лучший удочник мира!

— Выбрали музыку, начинаем готовить номер, да? Дальше структура номера, как это?
Глейхенгауз: Это уже у нас в голове есть.
Тутберидзе: Да, последовательность элементов, конечно, мы сразу продумываем, дальше стараемся, чтобы это совпало с акцентами, с музыкой, с образом. А потом спрашиваем Сергея Викторовича, тут чего и как?
Дудаков: Я говорю: срочно переделать!
Глейхенгауз: И на показательный (смеются).

— Кто из вас сказал: «Вот, они прыгают тройной, а давайте четверной, пришло время»?
Глейхенгауз: Наверное, было так: так как мальчики уже прыгали четверные, а девочки еще нет, то когда девочки начали у нас на глазах прыгать тройные намного выше, чем раньше, им это давалось легче…
Тутберидзе: Каскады лучше стали.
Глейхенгауз: Да, то стала в голове закрадываться мысль, почему они не могут сделать четверной? Для этого у нас был Сергей Викторович, который мог бы подстраховать.

— Сергей Викторович стоял с удочкой рядом?
Дудаков: Все время. Порой мне кажется, что сплю с ней (улыбается).

— Сергей Викторович, идиотский вопрос: вы рыбачите?
Дудаков: Ни в коем случае, нет времени (смеется).

— Несколько лет вы ходили на корабле, был круиз по Карибскому бассейну, внутри этого корабля был каток…
Дудаков: Да, маленький, примерно 1/6 нашей стандартной площадки.

— И на нем обладатель звания «Золотой конек Загреба» 1990 года…
Дудаков: Ух ты, ничего себе, очень приятно (смеется).

— Я знал, чем вас порадовать! И что вы делали?
Дудаков: Катались под музыку, номера, прыгали, улыбались, танцевали — все как обычно.
Тутберидзе: На такой площадке можно делать все, нужно просто привыкнуть.

— С какого возраста к вам приводить ребенка и понять, талантлив ли он?
Тутберидзе: Нет, начинать кататься он должен года в 4. А вот чтобы понять, талантливый он или нет… Я до сих пор не знаю, они (показывает в зал) с талантом или нет (смеется).

— Вы хотите обратно в автобусе ехать в гробовой тишине?
Глейхенгауз: Я вообще думал, что сейчас все встанут и уйдут (улыбается).

— Вы что? Мы знаем. Вы скажите, в ком сомневаетесь? Я вам скажу, талантливый или нет.
Тутберидзе: Ну, посмотрим. Это же еще не конечный продукт.

— Если бы у меня был хоть какой-то шанс быть девочкой и быть у вас в группе, я бы им воспользовался. Правда ли, что вы начинаете работать в парном направлении?
Тутберидзе: Ну, это интересно. Мне кажется, там какой-то пробел.
Глейхенгауз: Это нужно заполнить, видимо (смеется).

— Какой, Этери Георгиевна?
Тутберидзе: Ну, мне так кажется. Я просто вижу, что парники, к сожалению, почему-то плохо прыгают. Конечно, они очень много времени тратят на парные элементы, но, в принципе, если их правильно поддерживать, они будут лучше прыгать и, наверное… И не всегда мне нравятся программы. Мне кажется, время немного ушло вперед, а какие-то пары остались.

— Я понял. Вы просто увидели для себя непаханое поле и готовы туда идти.
Тутберидзе: Да, это интересно.

— Мы набрали ваших разных фотографий, на каждой фотографии вы в разном пальто. Этери Георгиевна, чего у вас больше: учениц или пальто?
Тутберидзе: Пальто (смеется).

— Ваши ученики называют вас как-то? Есть прозвище у вас троих? Вы же знаете. Это очная ставка, они сейчас все здесь сидят. Они в масках, не всех узнаем. Как они вас называют за глаза, какие-то прозвища у вас есть?
Глейхенгауз: Ну, точно есть аббревиатуры.

— Давайте.
Тутберидзе: У нас?
Глейхенгауз: Ну, да.

— А вы не знали?
Тутберидзе: Нет (улыбается).

— И какие?
Глейхенгауз: Ну, там все просто: ЭГ, ДМ.
Тутберидзе: А, это.
Глейхенгауз: Нет, думаю, что есть и другие, но мы о них не знаем.

— Королева, красавчик и рыбак, нет таких?
Дудаков: Рыбак — это я (смеется).
Тутберидзе: Теперь появятся, спасибо.

— У меня есть фотография из GQ, на ней Даниил. Получается, что у него тоже есть пальто.
Глейхенгауз: К сожалению, нет. Это так, поносить давали (смеется).

— Сергей, у вас же тоже есть такие фотографии, почему вы не пошли в GQ?
Дудаков: Не позвали.

После рекламы Этери Георгивна сказала Ивану: «Нужно еще отобраться».

— Еще нужно отобраться. Мы с Этери так по-простому говорим, как едем на Олимпиаду и в чем выступаем. Этери Георгиевна говорит: «Вань, ты как думаешь, какую брать музыку?» Я говорю: «Ну, я сейчас еще сам не знаю». Такой у нас здесь разговор. Но надо еще отобраться, вы говорите. Сложная это задача?
Тутберидзе: Ну, это первая задача. Надо вначале отобраться. Желающих много, а всего три места.

— От страны три места?
Тутберидзе: Да. И еще командная Олимпиада, там тоже будет определяться состав.

— Есть шансы победить? Я что-то не могу понять по вашему грустному выражению лица, мы как-то верим в вас. Шансы хоть какие-то есть? Вы не хотите говорить, чтоб не сглазить?
Тутберидзе: Слушайте, нет. Мы, наверное, будем делать максимально, что можем, а дальше с вашей помощью.

— С нашей. Правда, мы помогаем вам.

Затем Этери Георгиевна, Даниил Маркович и Сергей Викторович сыграли в небольшую игру: Иван читал определения, а участники поднимали таблички со словами «я» или «не я».

— Кто из вас называет воспитанников «мои дети»?
Тутберидзе: Не я.
Дудаков: Я.
Глейхенгауз: Я.

— Кто из вас радуется, когда отменяется тренировка, можно подольше утром поспать?
Тутберидзе: Я.
Дудаков: Я.
Глейхенгауз: Я.

— Кто из вас, когда у него выходной, может пойти на каток?
Тутберидзе: Я.
Дудаков: Не я.
Глейхенгауз: Не я.

— Кто из вас чаще других приходит в kiss & cry с сумочкой?
Тутберидзе: Я.
Дудаков: Не я.
Глейхенгауз: Не я.

— Кто из вас в инстаграме подписан на Илью Авербуха?
Тутберидзе: Не я.
Дудаков: Не я.
Глейхенгауз: Не я.

— Кто бы хотел, чтобы в честь него назвали элемент в фигурном катании «тройной тутберин»?
Тутберидзе: Не я.
Дудаков: Не я.
Глейхенгауз: Я.

Скачать приложение Sport24 для Android

Скачать приложение Sport24 для iOS

 

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх