Свежие комментарии

  • Sobering
    Глобус Украины куда актуальнее.Депутат Верховной...
  • Елена Дмитрова
    Да что там! Всю политическую карту мира! Все произошли ведь от древних укров!Депутат Верховной...
  • NVS66 SergeiShulepov
    У кого нет иммунитета и мозгов всех в «красную зону». Тех кто не прививался и не болел определить как "генофонд для р...Депутат Госдумы п...

Его называют телохранителем Путина и королем Кунг-Фу. Самый популярный дагестанский боец в Китае

Его называют телохранителем Путина и королем Кунг-Фу. Самый популярный дагестанский боец в Китае

В 2017-м Муслим Салихов подписал контракт с UFC на правах одного из самых известных бойцов в Китае. Там его называют по-разному: кто-то — «королем кунг-фу», а кто-то — телохранителем Путина.

И если с первым званием все понятно (он пятикратный чемпион мира по ушу-саньда, а его зрелищный стиль обожают в Китае), то второе пристало к Салихову случайно.

«Они называют меня телохранитель Путина. Когда все это начиналось, я постоянно отрицал это, говорил: «Нет, я не телохранитель Путина». Но они все еще каждый раз поступают так на турнирах и пресс-конференциях. В общем, я осознал, что должен просто смириться с ситуацией. Вместо отрицания я начал говорить: «Я не могу говорить об этом», — рассказывал Муслим.

Сейчас он идет на серии из четырех побед в UFC, и уже в ближайшие выходные попробует закрепить позиции в лучшей лиге мира, встретившись с 42-летним Франциско Транлдо (16-6 в UFC).

Накануне поединка Салихов рассказывает, как коронавирус оставил его на долгое время без боев, вспоминает о своей популярности в Китае и объясняет, почему его не надо спрашивать о Хамзате Чимаеве.

— За последние 9 месяцев у вас отменилось два боя, в октябре с Клаудио Силвой и в январе — с Сантьяго Понзиниббио, и оба раза отмены были связаны с коронавирусом и его последствиями.

В одном из интервью вы рассказывали, что перенесли заболевание довольно тяжело, примерно так же, как и Хамзат Чимаев, который был близок даже к завершению карьеры. Были ли у вас подобные моменты?
— Сама болезнь протекала не так тяжело: температура поднялась на два-три дня, и все. Переболел не так сложно, просто в самом начале я не обратил внимания на то, что поднялась температура, и пошел в зал, где почувствовал сильную боль в груди. Видимо, как-то травмировал легкое. Почувствовал боль, и тогда инфекция стала развиваться сильнее. Но выздоровел, все нормально. Мне уже бой с Понзиниббио назначили, через месяц я начал ходить в зал. Нагрузки переносил нормально, но каждые три дня у меня был спазм в грудном отделе. Думал, какая-то невралгия, защемление. Начал лечить — ходить к остеопату. Он даже снял мне боль, стало нормально, но потом все опять начиналось. Я делал неврологические уколы — лечился, как мог. В конечном итоге приехал в Америку, две недели и тут отпахал нормально, а потом очень сильно все заболело. В один момент проснулся ночью с сильными болями, глубоко вдохнуть не мог, а когда кашлял, отхаркивался кровью. Тогда почувствовал, что что-то не то происходит. Дышать практически всю ночь до утра не мог, потом мне лекарство принесли, выпил — стало полегче. Спазмы сняло, но все равно было очень плохо. Потом поехали в больницу на следующий день, потому что это было воскресенье. И там мне сразу же сказали, что у меня тромбоэмболия в легком от инфекции осталась, сгусток крови перешел в тромб. Но у меня не было мысли, что я завяжу со спортом. Мне четко объяснили, что я должен делать. Два дня в больнице провел, назначили лекарство на три месяца. Объяснили, что я должен делать, а что не должен: какие нагрузки я могу давать, какие нет. Приехал домой и стабильно тренировался. Из-за того, что лекарство разжижает кровь, я не мог делать спарринги — ограничивался легкой работой на лапах. Зато у меня было еще больше мотивации пахать.

— Чисто стилистически ваш бой с Понзиниббио выглядел очень перспективно. К тому же у Сантьяго, несмотря на последнее поражение, есть имя, до этого он шел на серии из семи побед. Как думаете, почему вас не свели в эти выходные, ведь он тоже дерется в одном карде с вами?
— Не знаю. Возможно, из-за его поражения. На тот момент решалось, кто из нас попадет в топ-15. Возможно, Понзиниббио в топ-10 поставили бы, если бы он выиграл. А этот соперник тоже с именем. Франциско Триналдо — большое имя. Он ветеран, столько боев провел с топами в легком весе, со многими он дрался. И у него была серия из восьми, как мне кажется, побед подряд. И прямо сейчас у него серия из трех побед. Он на хорошем счету, и это хороший вариант для меня.

— Бойцов, которым за 40, но которые при этом продолжают выступать на высоком уровне, можно пересчитать по пальцам. Триналдо как раз относится к ним. Вызывает ли это у вас какое-то удивление? Можете представить, что у вас через 4 года еще будет желание драться?
— Передо мной есть живой пример — Бозигит Атаев, боец-легенда, до сих пор выступает. Поэтому не удивляюсь — мы вместе тренируемся. Ему 42 года, а он по сей день пашет. Дайте ему бой, и он красиво все сделает. Из-за возраста я не собираюсь сбрасывать со счетов.

— Насколько я понимаю, после этого боя вы рассчитываете переподписать контракт с UFC. Учитывая, что вы зрелищно деретесь, можете говорить по-английски и идете на победной серии, есть ли сомнения, что вам предложат новое соглашение?
— Надо побеждать в этом бою и смело говорить, чтобы хорошие условия дали. Я рассчитываю, что мы продлим контракт на хороших условиях после боя.

— Помимо вышеперечисленных факторов у вас есть еще одно преимущество — ваша популярность в Китае, где UFC хочет распространить свое влияние. Чувствуете ли вы, что для лиги это важный фактор?
— В Китае всегда за меня болеют, у меня там много фанатов. Единственное, я не владею китайским и у меня нет китайских соцсетей — не могу писать и вести страницу. Тогда мы бы наглядно видели, сколько у меня там подписчиков. Инстаграм там не работает. Если бы работал, я бы до миллиона дотянул как минимум. И по сей день меня много людей там знает. В UFC это учитывали, когда подписывали со мной контракт.

— Вас как раз и подписывали под турнир в Китае.
— Да, первый бой у меня там проходил, дали контракт на четыре боя. Специально под турнир в Китае меня поставили, а потом видите, что сейчас в мире произошло. Думаю, меня бы и дальше ставили на китайские турниры, но сейчас пока все закрыто. Я всегда рад там выступить.

— Был пример, когда Арман Царукян подписывался в UFC, получив бой с Исламом Махачевым, ему сказали, что лучше выйти с флагом Армении, несмотря на то, что он почти всю жизнь прожил в России. Вас не просили выйти под китайским флагом?
— Нет, не было такого. Я бы и не вышел под китайским флагом. Всегда буду выступать и представлять Россию. Все в Китае знают, что я из России. Я всегда там Россию представлял. Нет смысла выходить сейчас под китайским флагом. Люди меня знают не потому, что я китаец, а потому, что я Король Саньда — так меня там называют. Или телохранитель Путина. Своя интересная история, поэтому им просто не важно, откуда я, они меня и так знают. Я долго там дрался — с 2003-го по 2017-й. Особенно последние лет 10 — с 2010-го по 2017-й — я почти каждый месяц в Китае дрался. И эти бои там на весь Китай в прямом эфире показывали. Вы только представьте, сколько людей это смотрело. И каждый раз я какого-то китайца там избивал, или иностранца, но в основном — китайца.

— Бывает, что вам из Китая присылают подарки? Или, например, в Америке вас встречают китайцы, чтобы сфотографироваться?
— В Китае такое постоянно было. Меня там везде ловили, где видели. Там еще это беспардонно делают — могут по плечу дать: «Эй, давай иди сюда, сфотографируемся!» Они не специально. У них менталитет такой. А здесь я с китайцами особо не сталкиваюсь. Часто меня в Москве китайцы узнают.

— В инстаграме все равно кто-то из них через VPN сидит, если же Вэйли Чжан там появляется.
— Да, там VPN используют, но только малая часть. Те, кто следит за Вэйли Чжан, скорее всего, иностранцы. У китайцев свои соцсети. Точно такие же, как инстаграм и фейсбук, только с большим числом подписчиков. Сами понимаете, сколько там людей. Помню, как тренировался в команде с одним китайцем. Он средний боец, молодой, недавно начал карьеру. Выступал в эфире одной китайской соцсети, и вы не представляете, сколько людей его смотрели. Там несколько миллионов смотрели его прямой эфир. Я был в шоке. Представьте, сколько там подписчиков. Китайцы только своими вещами пользуются. У них свой ютуб, свой инстаграм. Там чуточку другой мир.

— Недавно произошла ситуация между Хамзатом Чимаевым и Хабибом Нурмагомедовым. Боец Мурад Рамазанов проявлял заинтересованность в поединке с Чимаевым, но это пока невозможно, потому что Мурад находится в другой лиге. А вас комментарий Чимаева в адрес Хабиба замотивировал подраться с ним?
— Лично меня никак не мотивировал. Не понимаю, почему вы меня об этом спрашиваете. Ко мне были какие-то претензии?

— Хотелось бы ваше мнение узнать. Мурад Рамазанов же тоже не относится к Хабибу.
— Мурад — молодой парень, он еще не в UFC, поэтому хочет о себе как-то заявить. Я понимаю, почему вы спрашиваете. Если есть вопросы ко мне, спрашивайте. Недавно интервью давал, и там тоже про эту ситуацию с Хабибом. Сколько можно об этом говорить? Это их личное дело, сами разберутся. Когда это лично меня коснется, я скажу. В другие дела лезть я не собираюсь. Я занимаюсь спортом, я боец. Хочу драться с интересными соперниками.

— Об этом как раз и был вопрос.
— Спортивный интерес всегда присутствует.

— Какой ваш идеальный план на остаток года, если учесть, что начался он не так, как вам хотелось? Будет ли в этом году еще один бой, и есть ли желание нагнать темп?
— Конечно, хочется. Но все зависит от того, как пройдет этот бой. Будут ли травмы, какое у меня будет состояние. Хотелось бы через 3-4 месяца опять выйти на бой. Минимум еще один, а в идеале еще два раза до конца года выступить. Хочется сделать рывок.

— Когда-то давно вы говорили, что для вас один из самых интересных соперников — Майк Перри. Сейчас это актуально?
— Он уже позади. Сейчас ему нужно меня догонять. Мне он уже неинтересен. Я смотрю вперед. Там впереди есть более интересные соперники. Тот же Ли Цзинлян. Его место я бы занял в топе, и для китайцев это интересно.

— А вы с ним ранее не пересекались?
— Да мы постоянно пересекаемся. И кушали вместе, и тренировались вместе. Друг друга хорошо знаем. Можно сказать, что дружим, но это же спорт. Я же убивать не выхожу, только подраться и его место занять. Лично я не отношусь к нему с агрессией. Выйдем, подеремся и дальше будем дружить. С каждым соперником у меня хорошие отношения. Могу проиграть, могу выиграть — все равно с уважением отношусь. Главное, чтобы он тоже себя правильно вел. Готов выскочить с Ли Цзинляном.

— Есть ли еще кто-то в вашей категории, кто мог бы быть вам стилистически интересен?
— Даже не могу сейчас сказать, кто там в топе. Не сильно за этим слежу. Дали соперника — я начинаю готовиться. Я бои очень мало смотрю. Всегда заставляю себя посмотреть бои соперника. Мне еще нужно настроиться на это. Очень тяжело даются просмотры боев. Конечно, когда наши дерутся в главных боях вечера, особенно ребята из Дагестана, с кем я лично знаком и с которыми тренируюсь, тогда я обязательно встаю и включаю телевизор. А фанатского интереса, чтобы смотреть бой какого-то сильного американца и бразильца, нет. Только когда нужно посмотреть бои соперника, могу посмотреть. Даже подсказать не могу. Вот бои Вандербоя (Сивена Томпсона) я могу посмотреть. Видно, что он каратист. Можно было бы с ним встретиться, давно об этом говорю. Не могу даже сказать, чьи бои из топ-15 я смотрел. Бой Понзиниббио с Ли Цзинляном я смотрел, потому что должен был с ним драться вместо Цзинляна.

Скачать приложение Sport24 для Android

Скачать приложение Sport24 для iOS

 

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх