Свежие комментарии

  • Любовь Прокофьевна
    О! Давно не было слышно про этих предателей! Как говориться "рыбак рыбака видит из далека".Предавшие Россию ...
  • Серж Южанин
    Депутат Лебедев п...
  • Кузя Домовая
    Плющенко шестёрка Рудковской с кастрюлей на голове и чемодан без ручки фирмы Луи Витон! Рудковская держит его как руч...Радимов: «Плющенк...

«Всем интереснее узнать, с кем спит Капризов. Так было всегда». Главная хоккейная журналистка страны

«Всем интереснее узнать, с кем спит Капризов. Так было всегда». Главная хоккейная журналистка страны

В пятницу главный спортивный телеканал России «Матч ТВ» отметил четвертый день рождения. Корреспондент Sport24 встретился с одной из самых ярких и популярных хоккейных журналисток страны Натальей Кларк, чтобы поговорить о развитии канала, ее карьере, автобиографии, кумирах в профессии и проекте на YouTube.

— Верится ли вам, что канал «Матч ТВ» существует уже четыре года?— Подобное чувство, наверное, будет, когда «Матч ТВ» исполнится лет 15. Четыре года — это хороший телевизионный срок, за который можно создать некий базис, построить творческую телевизионную команду. У нас получился крепкий костяк. Мы с каждым годом будем эту елочку делать только шире, интереснее, богаче и ярче. Потребности аудитории очень быстро меняются, потому что мы живем в технологичном и быстроменяющемся мире. Сейчас мы на телевидении испытываем постоянную конкуренцию с интернетом, поэтому нам нельзя стоять на месте, нужно развивать палитру «Матч ТВ» и привлекать зрителя.

— Привнес ли что-нибудь новое «Матч ТВ» именно в вашу карьеру?— Этот канал с самого начала создал конкуренцию среди журналистов. Пришли люди из структуры ВГТРК, «НТВ-Плюс», поэтому мы конкурировали между собой. Здесь как в спорте — без конкуренции невозможно вычленить, кто и на что способен.

В условиях хорошей и доброй конкуренции создается четкая картина — на что способен каждый специалист, в какой сфере ему лучше работать, на что обратить свое творческое внимание, кому уйти в отдельный вид спорта, кому более короткий или длинный эфир. Все, что угодно! «Матч ТВ» — это очень важный этап в моей жизни, потому что опыт конкурентной борьбы придает определенный фундамент для будущего роста.

— Какая у вас атмосфера в коллективе?— Нормальная, мы все любим посмеяться. Мы всегда на юморе, но к работе относимся серьезно. Если работаю в группе новостной бригады, то наша задача — отразить самые яркие события в жизни всего спортивного мира. У нас постоянно есть какие-нибудь шутки-прибаутки, но мы не забываем, что несем ответственность за ту информацию, которую выдаем. Нельзя допускать грубейших ошибок, нужно быть предельно внимательными. Понятно, что ошибок очень сложно избежать, когда идет такой большой информационный рутинный процесс, но я стараюсь, чтобы эти ошибки были незначительны или хотя бы не часто повторялись. Если прихожу работать на хоккейные трансляции, то там у нас тоже свой сбитый коллектив, все на позитиве. Вообще, сообщество спортивных журналистов отличается тем, что у нас есть серьезная фактическая задача — показ события или программы в прямом эфире, но подходим мы к этому всегда творчески и играючи. Может быть, поэтому все так легко получается. Когда человек все время в напряжении, можно допустить только больше ошибок, потому что все время есть ощущение страха. У меня иногда бывает на хоккейных матчах такое, что мне предстоит разговор с новым игроком в лиге, иногда приходится подглядывать в листочек, читать имя, стараться не забыть. На самом деле хорошо, когда есть такое ощущение. Полная расхлябанность может привести к тому, что ты что-то пропустишь и допустишь грубые ошибки. Так что легкий тремор должен существовать.

— Кто у вас в коллективе выполняет роль души компании?— Губерниев! Правда, иногда он может и раздать «пенделей». Заходит к новостникам и начинает шеф-редактору говорить что-то вроде: «Как можно начинать выпуск новостей со слова «вчера»?» Или же он может рассказать, как побывал на очередном симпозиуме, фестивале или форуме, провел очередное грандиозное событие. Дима — тот человек, которого я знаю с 2003 года, с момента, когда я вообще начала работать в спортивной журналистике федерального уровня. Сколько бы времени ни прошло, сколько бы ТЭФИ ни выигрывал, все равно он не меняется! Он всегда остается простым и свободным в общении, с ним можно что-то обсудить или даже получить совет.

— Когда у вас появилось желание стать журналисткой?— Я еще в 10-11 классе смотрела молодежную программу «Башня», которую вели молодые люди. Я поняла, что хочу быть как они. Долгих внутренних поисков по поводу будущей профессии у меня особо не было, я все быстро решила и пошла в журналистику.

— Вы закончили журфак. Этот факультет пользуется большой популярностью у абитуриентов, но в то же время в его адрес льется много критики. Как вы считаете, есть ли смысл идти в университет учиться журналистике?— Кто хочет чего-то добиться в журналистике и приходит туда с этим пониманием, тот обязательно добьется. А кто бродит и просто идет на журфак, потому что это кажется более легким путем, чем заниматься астрономией, изучать камни или учиться на врача, тот ни в какой сфере не выработает конкретную цель. Журналистика не ограничивается чтением какого-то текста с экрана. Этот текст надо создать, выстроить его так, как того требует издание, если мы говорим о статье. Или сделать правильный формат, если это на телевидении, а различных форматов здесь много. В радио тоже своя специфика. Но я в далеком детстве мечтала писать книги и только сейчас, в 34 года, я к этому подхожу. Написала уже 30 тысяч знаков, издатель просит 60. К этому я тоже шла благодаря своей профессии. Если бы во мне не накапливался этот журналистский опыт, взгляд и прочие вещи, то этого бы не было. Свою профессию надо любить! Из тебя никогда не получится хороший учитель, если ты не любишь детей, ты просто не сможешь им ничего объяснить. В интернете же выкладывают ролики, на которых воспитатели бьют детей подушками или что-нибудь подобное. Дело в том, что эти люди — не воспитатели, они случайно попали в эту профессию. То же самое касается того, когда врачи оставляют в телах какие-нибудь ватные тампоны или ножницы. Или люди повально идут на юриспруденцию, заканчивают универ, но потом не могут сами провести защиту или работать в прокуратуре, так как они не знают ни статей, ни как все устроено. Если хочешь быть журналистом, то ты должен быть журналистом внутри себя. Нужно любить писать, читать, смотреть на мир, общаться с людьми, узнавать себя, быть словоохотливым.

— Вы упомянули свою книгу. Это будет автобиография или какое-то художественное произведение?— Один питерский издатель проводит эксперимент, он только начал издавать, до меня только две книги издал. В нашем плане это автобиографическая история про журналистку. Те, кто как-то сопряжен с моей судьбой, могут там увидеть и узнать себя, но это будет художественная книга. Если вы увидите совпадения, то считайте их просто совпадениями, все персонажи вымышлены, ха-ха!

— Когда молодым журналистам стоит начинать работать?— Как жизнь сложится! Мне лично нужно было работать с самого начала, потому что я не могла позволить, чтобы мои родители снимали мне комнату, пока я учусь в Краснодаре, и обеспечивали меня. Я пошла стажироваться на ГТРК «Кубань», меня отправляли там на радио, где я себе поставила голос. Меня долго не хотели брать, потому что мне на тот момент было 17 лет. По законодательству меня не могли взять на полный рабочий день, и были различные ограничения. В итоге меня взяли на полставки, после первого семестра первого курса я уже начала активно работать.

— Кто-нибудь из журналистов был для вас примером тогда?— Я себе кумиров в этом смысле никогда не создавала. Просто смотрела что-нибудь и брала, что мне нравится. Сейчас, например, мне нравится ведущая Ольга Скабеева, ее ведение и знание материала. Видно, что она готова вести политические дебаты, поднимать любые важные вопросы. Мне импонирует ее активный стиль, она не мнется, не жует сопли. Но каких-то больших примеров в студенческие годы у меня перед глазами не было. Мне на радио доверили спортивную программу, я сразу поняла, что в спорте должен быть ритм. Меня уже в 18 лет на общих летучках хвалили, отмечали за хорошую подачу и спортивный темп, мне тогда было безумно приятно.

— Как вы пережили переезд в Москву?— Спокойно. Тогда образовался телеканал «Спорт», они созвали всех корреспондентов из регионов для повышения квалификации, чтобы мы пообщались с мэтрами. Там был Гомельский, Гурнов. Я поняла, что это шанс для меня, и поставила перед собой задачу остаться в Москве. Два месяца практиковалась, были и неудачи, серьезные ошибки, могла кого-нибудь перепутать. Я тогда вообще только открыла для себя спортивный мир! До этого я могла только посмотреть какие-нибудь матчи хоккейной сборной, которые показывали в краснодарской деревне, иногда теннис смотрела. Благо у меня были такие руководители, которые понимали, что я еще совсем молодая, и дали мне шанс. Я достаточно быстро сделала правильные выводы из всех ошибок, 200 раз проверяла тексты сюжетов, не перепутала ли Васю с Петей.

— Помните свою первую зарубежную командировку?— Да, уже спустя полгода работы на канале «Спорт» меня отправили в Солт-Лейк-Сити. Там проводились игры «Юта-Москва», американские юноши соревновались с нашими. Это был февраль 2004 года. Я там праздновала свой день рождения, мне исполнилось 19 лет, а в Юте до 21 года тебе вообще ничего нельзя! Мы сидели в номерах и отмечали мой день рождения.

— Какая командировка запомнилась как самая безбашенная?— У нас в командировках обычно очень плотный график. Например, на Олимпиадах ты проводишь 24 дня. Приезжаешь перед началом, готовишь сюжеты, потом 17 дней самих соревнований, а где-то через день ты улетаешь. За это время нет особо времени, на вторую неделю все становится механическим: ты пришла, поработала, легла спать. На самом деле эмоционально помогают работать победы российских спортсменов. Это дает какой-то запуск для настроя. Я всегда была в таких командировках, когда нам было чем гордиться. Ощущение победы ни с чем несравнимо, получаешь адреналин. До сих пор испытываю такое, когда смотрю какой-нибудь хоккейный матч и немного болею за одну команду, потому что в ней лично знакома с игроками.

— Помните свой самый веселый ляп в прямом эфире?— Смешные ляпы были, но не вспомню, что там конкретно было. Видимо, они были не такие серьезные, раз я их не запомнила.

— Самые громкие ляпы были в российской спортивной журналистике у Дмитрия Губерниева, когда он не знал, что находится в прямом эфире. У вас были подобные ситуации?— Нет, мы же учимся на ошибках Губерниева. Когда на мне висит микрофон, я замолкаю. Понимаю, что все может оказаться в свободном доступе, и потом пойди докажи, что ты другое имела ввиду.

— Вы работали вместе с Юрием Дудем. Часто общались с ним?— Всего пару раз сталкивались в гримерке еще на «России-2». Помню, он обсуждал что-то про квартиры в Бутово. Тогда было развитие ипотек, он кому-то рассказывал про шикарный бизнес по покупке, сдаче, ипотекам. Это единственное, что запомнила.

— Каким он человеком вам казался со стороны?— Обычный парень, который живет в Южном Бутово. У меня там есть квартира, я приезжала ее проверять, вроде даже пару раз его видела в этом районе издалека. Но я ни разу не подходила и не спрашивала у него: «Это ты живешь в Южном Бутово?»

— Вас удивило то, как он потом поднялся на своем канале?— Нет. Здорово, что человек использовал свои достижения здесь. Они с Женей Савиным брали премию GQ. Все у него получилось отлично. Вообще YouTube — это интересная история. Мы сейчас с Владимиром Быстровым пробуем тоже развивать свое шоу. Нам не так просто, потому что работа двух персон — это всегда сложно.

— У Дудя за несколько лет не было ни одного спортивного спикера. Было ли когда-нибудь у вас желание отойти от мира спорта?— Мы с Быстровым недавно начали делать свое шоу. У него своя футбольная аудитория, у меня своя хоккейная. Мы надеялись объединить эти две аудитории на канале. Но получилось так, что мы сейчас создаем новую аудиторию. Моя аудитория — это, в основном, мужчины, которые смотрят хоккей. Если я появляюсь с другим парнем, то для них это дизлайк. Даже в инстаграме, если выставить фотографию с мужчиной, лайков набирается не очень много. У аудитории появляется определенная ревность: «Чего это она с ним трется?» То же самое с его стороны. Поэтому аудитория нашего канала — это те, кто полюбит нас вместе. Изучая это все, я понимаю, что ограничиваться одним спортом — это очень плохо. Спортивная аудитория у нас тоже дробится на разные виды спорта. Футбол, например, шире хоккея. А если пойти как Дудь, то ты захватываешь рэперов, блогеров, проводишь коллаборацию. Надо расширяться и выходить за пределы, потому что на одном спорте в России очень сложно сделать большую аудиторию.

— Как справляетесь с моментами, когда спорт надоедает?— Один мой знакомый журналист как-то для начала решил поменять хоккей на футбол. Я у него спрашивала причины, он сказал, что в хоккее он перестал видеть интриги, ему стало неинтересно, он не может так просто писать отчеты о матчах. В футболе он тоже не матчи разбирал, это никому не нужно. Там нужны деньги, интриги, истории, скандалы. Это вполне объяснимо, обычному болельщику очень сложно слушать про тонкости игры. Если на экономическом канале начать объяснять зрителям, как формируется курс валют, что на него влияет, то это будет интересно только людям, которые разбираются в сфере. То же самое в спорте — многим все равно, почему два хоккеиста остались на синей линии, а другой пошел к воротам. Сразу происходит отторжение. Им интереснее услышать, с кем встречается Капризов, сколько он зарабатывает, с кем спит, что ест на завтрак. Всегда было так.

— А как вообще зародилась идея вашего YouTube-канала «Быстров и Кларк»?

— Мы поняли с Володей, что вместе хотим завести канал. Когда он пришел к нам весной на «Матч ТВ», я знала Аршавина и Радимова, а с ним я особо не пересекалась. Шел плей-офф Кубка Гагарина, встречались СКА и ЦСКА, в гримерке показывали матч. У Володи есть такая черта — он очень любит спорить. У него есть мнение по любому поводу! Он начал со мной спорить по поводу матча, а ведь хоккей — это мое, мы с ним зацепились. Я поняла, что мне с ним спорить комфортно, у меня это не вызывало раздражения. Просто иногда меня начинает злить, когда люди говорят о том, чего не знают. Я же не лезу в футбол со своей колокольни. А с Быстровым все было нормально, у нас с ним и юмор очень схож. Я предложила сделать такой канал. Нашли сценариста, стартовали. С каждым выпуском я вижу определенные шаги в плане съемок и монтажа. Нам не тяжело это делать, нам в кайф. У нас нет никакого обязона ни перед кем, у нас уже есть спонсор после пяти выпусков. Когда спортивная команда строится, у них нет задачи выиграть, они просто играют в кайф. То же самое и у нас, мы наслаждаемся. Поснимали, поржали и пошли домой. Все дается легко, и при этом я лично пытаюсь понять, как на YouTube все устроено.

— Как вы находите свободное время?— Да свободного времени вообще нет. На следующей неделе в хоккее пауза на матчи сборной, будет чуть-чуть попроще. Сегодня, например, я утром повела ребенка на утренник, побыла там, поехала позаниматься английским, а потом на работу, где буду до 10 вечера. Даже пообедать не успела!

— А вообще фанатеете от здорового питания?— Нет, я не зожница. Я люблю пельмени, докторскую колбасу и прочее. Я устаю на работе, хочу есть. Единственное — стараюсь каждый день есть суп. Я считаю, что для поддержания здорового желудка обязательно нужно горячее в виде какого-нибудь супа.

— У многих зрителей вы ассоциируетесь с КХЛ. Когда наша лига станет круче НХЛ?— Мы все работаем над этим! Надеюсь, это произойдет, пока мы живы. Хейтеры всегда найдутся, даже у любого хорошего дела. Надо понимать, с каким ресурсом мы работаем. КХЛ сделала большой шаг вперед! У нас уже уменьшились площадки, хоть пока и не везде, в шайбы теперь вшиты чипы, которые позволяют отслеживать больше информации. Круто, что заставляют ребят приезжать на домашние игры в костюмах, красивая обертка очень важна. Думаю, самим ребятам прикольно приезжать на матчи, как Конор Макгрегор. Быстро ничего не делается, лига существует всего второй десяток, это еще очень зеленая история. НХЛ же существует больше ста лет. Чтобы дойти до какого-то уровня, нужно пройти все этапы. Невозможно сразу попасть в 11-й класс, если ты не вундеркинд. Но вундеркинды рано заканчивают. У всего есть определенный алгоритм развития, по которому нужно пройти. Бывают кризисы, у КХЛ они уже были и, возможно, будут еще, но все равно нужно пройти весь путь.

На маленьких площадках командам тяжело. Они привыкли по углам бегать, а сейчас все время игра идет на ворота. В первый месяц они вообще только привыкали к другой скорости, к другому хоккею. Тут нужно мыслить быстрее, все идет на две-три секунды быстрее, чем раньше, это очень много. Так что нужно время!

— Есть ли у вас желание поработать в НХЛ?— Нет. Называйте патриоткой! КХЛ сделала мне имя, я ей отвечаю тем же. Для меня это родная лига, я видела, как она зарождалась, параллельно с ней делала свои первые шаги. Мы вложили много усилий, чтобы в хоккее в принципе появились женские образы. В нашем футболе до сих пор этого нет. В Америке спокойно девушки берут интервью на матчах, то же самое в Италии. Там нет деления. У нас же в футболе к этому не пришли. Наша заслуга, что я однажды выбрала хоккей, стала первопроходцем и открыла дорогу в КХЛ другим девушкам. Мне много девочек пишут, которые сейчас учатся на журфаке, что хотят когда-нибудь стать как я. Прекрасно понимаю, что я — не вечная, нужно готовить смену, через какое-то время давать дорогу молодым. Однако пока у нас с Дашей Мироновой нет крепкого резерва среди молодого поколения.

Подпишитесь на канал Sport24 в Яндекс.Дзене

 

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх