Свежие комментарии

  • Серж Южанин
    Депутат Лебедев п...
  • Кузя Домовая
    Плющенко шестёрка Рудковской с кастрюлей на голове и чемодан без ручки фирмы Луи Витон! Рудковская держит его как руч...Радимов: «Плющенк...
  • Кузя Домовая
    Да помним мы как Плющенко снялся с ЧМ в Турине.Просто подставил страну потому что боялся что кто то станет чемпионом...Рудковская заступ...

«Жили в полицейском общежитии, ели из одних тарелок». Как русский выживал в Никарагуа, где все еще играют в футбол

«Жили в полицейском общежитии, ели из одних тарелок». Как русский выживал в Никарагуа, где все еще играют в футбол

Чемпионат Белоруссии — не единственный, где власти до сих пор не приостановили спорт. Несмотря на пандемию, сезон продолжается и в Никарагуа: играют при пустых трибунах, а футболисты в знак протеста выходят на поле в масках и резиновых перчатках.

В феврале в Никарагуа приехал российский футболист Никита Солодченко. Он подписал контракт с клубом «Вальтер Ферретти», но в конце марта покинул страну. В интервью Sport24 он рассказал, почему уехал в Испанию, что на самом деле происходит в Никарагуа и как местные жители относятся к тому, что власти игнорируют проблему.

— Весь мир на карантине из-за пандемии. Какая обстановка в Никарагуа?— Школы работают, университеты тоже. Люди ходят в офис, а государство молчит и ничего не говорит — только уверяет, что все под контролем. Особых изменений нет. По новостям передают, что желательно закрыть границы, потому что аэропорты работают.

Я жил в столице страны, в Манагуа. Там обстановка абсолютно обычная. Да, некоторые надевают маски. Но если, например, стоят на остановке пять человека, то двое из них будут в маске, а остальные нет. Также есть таксисты, которые в масках и перчатках, а есть таксисты, которые их не носят. Некоторые к этому не относятся серьезно.

Единственное, в магазинах все скупают, а в аптеках нельзя купить ни масок, ни перчаток — все закончилось. В один день нам сообщили в перерыве матча, что в стране первый случай коронавируса — с этого момента люди сразу побежали в аптеки. Хотя там дефицит — мне маску на заказ шили, антисептики тоже заказывал.

— Есть ли паника?— В первые дни, может, это и было похоже на панику, люди встревожились. Пару дней назад я вернулся в Испанию (там живет семья Солодченко. — Sport24), и когда я уезжал, то особой паники уже не было. Единственное, футболисты тоже стараются уезжать в свои страны.

— В России все скупали гречку и туалетную бумагу. А у вас?— Макароны, рис, мясо, фрукты. Не скажу, что прямо полки были пустыми, но тележки у всех наполнялись до краев. Туалетную бумагу тоже разбирали.

— В Никарагуа официально зафиксировано всего 5 случаев заражения. Фальсифицируют ли там статистику?— Я судить не могу, но, может, такое и есть. Показывали фотографии из других городов Никарагуа — видно, что уже некоторые стали меньше выходить [на улицу]. Правда, там многие работают… В общем, сложно сказать.

— Но самоизоляцию большинство ведь не соблюдают?— Да, потому что надо работать, деньги зарабатывать. Государство же никакую помощь не предложило. Считают, что все под контролем. Поэтому люди вынуждены работать, чтобы оплачивать жилье, свет, газ, покупать еду. Ну и защищаются, как могут.

— И что делать, если введут карантин?— Люди все-таки рассчитывают, что если страну будут закрывать и нельзя будет работать, то государство как-то поможет. Хотя, вряд ли. Например, соседний Сальвадор — страна тоже не очень богатая, но президент там сказал: раз вы не работаете три месяца, то и оплачивать вам ничего не нужно — свет, ипотеку, кредиты. Как будет в Никарагуа, не могу сказать, может быть, туда вирус и не придет.

— Какие-то ограничения уже есть?— Я слышал, что некоторые кафешки закрылись. И кинотеатры в столице. Но если есть желание, то их можно найти, конечно.

Если говорить о футболе, то остановилась вторая и третья лига, женский футбол, потому что там все по-другому: сезон уже завершился, хотя кто будет подниматься в лигу выше, пока непонятно. Продолжает играть первая лига, и они останавливаться на собираются.

— Власти пока никак не реагируют на пандемию?— Нет, ничего конкретного я не слышал. Просто говорят: у нас все под контролем, прилетели медики из Кубы, чтобы помогать. Есть ли повод им доверять? Как я и сказал, у людей все равно другого выхода нет, им нужно работать. Я, например, живу в общежитии, и у нас есть люди, которые готовят, убирают. Они вынуждены приходить на работу, потому что все же какие-то деньги приходят с этого.

Для страны коронавирус может стать значимой проблемой, потому что много туристов приезжает со всего мира. В Никарагуа хороший отдых на побережьях. Но сейчас многие приезжать не собираются — все оттуда уезжают, и это может сказаться на экономике страны.

— Много туристов было до твоего отъезда?— По тому, что я видел в аэропорту, сколько собиралось уезжать и еще спрашивали, как купить билет — туристов точно стало меньше.

— Ты сказал, что живешь в общежитии с другими иностранцами. Смотрели более настороженно друг на друга, когда все началось?— Да, я живу в полицейском общежитии. У меня лично, да и у многих, была настороженность насчет того, что мы постоянно в плотном контакте: кушали из одних тарелок, пользовались одними вилками. Плюс, полицейские всегда приходили с работы. То есть, если вирус подхватит один, то заразятся все, учитывая количество контактов.

— Какая посещаемость в первой лиге, где продолжают играть?— Когда я только приехал, то думал, что людей приходит больше тысячи. Но потом понял, что ходит максимум 500 человек. Когда уехал, со следующего тура решили проводить матчи без зрителей. Получается, уже третий тур у них пустые трибуны. Хотя много людей, повторюсь, и не бывает.

— Как реагировали остальные футболисты, когда во всем мире чемпионаты приостановили, а у вас — нет?— Никак. Государство говорило, что все под контролем. Все приняли факт, что нужно продолжать. Они доверяют правительству. Так что не было у нас такого, чтобы мы не хотели играть.

— А легионеры?— Все наши иностранцы переживают за близких в своих странах. Но есть такие, кто живет в Никарагуа уже 4 года. В общем, каких-то бунтов не было.

— А тренировки как-то изменились?— Нет, тренер говорит: «Все нормально, мы должны продолжать играть и показывать результат». И все, команда спокойно к этому отнеслась.

— Я прочитал в местной газете, что ты не чувствовал себя в безопасности. Это так?— Возможно. Я много разговаривал со своим агентом, и он мне сказал: нужно звонить в посольство и узнавать ситуацию. Сказал, что ему будет спокойней, если я буду дома с семьей в Испании. Не хотел, чтобы я оставался.

Вирус ударил по всем странам, и у него сложилось мнение, что и в Никарагуа тоже может. А я живу в общежитии, мы ездим все вместе на тренировку на автобусе. Те, кто не в городе, тоже как-то на транспорте добираются. Прямой контакт везде есть. Если бы у меня была своя квартира, где я бы все сам готовил, где есть своя тарелка, своя кровать, и я бы ни с кем не контактировал, кроме тренировок, — еще можно было бы.

А так, еще раз: общежитие, там постоянно уборщики, полицейские. Нужно было что-то предпринимать. Мы позвонили в испанское посольство. Они посоветовали как можно быстрее ехать домой. Поэтому мы приняли такое решение.

— А как же контракт? С клубом быстро договорились?— Мы разговаривали с президентом клуба очень долго. Я не разрывал с ними контракт, меня отпустили домой. По идее, я должен вернуться туда, потому что у меня контракт до 30 июня. Но это уже зависит от ситуации, как все будет происходить.

— Есть информация, что других футболистов принуждали играть, угрожая расторжением контракта. — Нет, этого не было. Даже не знаем, кто это сказал. Мы с командой это не обсуждали. Было собрание лиги, и президенту сказали, что нужно продолжать, пока в стране не увеличилось число заражений. Плюс, у нас контракты. Да и президент сразу сказал: зарплату всю всем платим, все нормально. Потому что есть страны, где из-за коронавируса ее сокращали.

— В других клубах так же? — Есть команда «Дирианген». Они очень много протестовали, чтобы лигу остановили. Перед матчем фотографировались в масках и перчатках, держали дистанцию. Протестовали первые туры, а теперь вроде поутихло все. И еще один игрок оттуда, вроде как костариканец, уехал — разорвал с ними контракт и полетел домой.

— Ты планируешь вернуться?— Нужно будет разговаривать с агентом и президентом. Первая мысль, когда я уезжал — нужно будет вернуться еще. Но зависит от лиги. Если они будут останавливать и потом продолжать, то я не знаю, у меня контракт до 30 июня.

— Сейчас ты в Испании, в которой эпидемиологическая обстановка куда хуже, чем в Никарагуа.— В Испании мне нравится, что есть порядок: если людям сказали не выходить, то они не выходят. Есть нарушители, но большинство соблюдает режим. Еще почти все в перчатках, 99% в масках. Чувствую ли я себя безопаснее в Испании, чем в Никарагуа? Возможно, это и глупо, но да. Здесь я у себя дома, с семьей. Я не живу в общежитии и не думаю, есть ли где-то эта инфекция или нет. Здесь более безопасно, хоть каждый день все больше и больше зараженных. Дополнительных рекомендаций по возвращению из Никарагуа я не получил — пока буду сидеть дома.

— Что тебя больше всего удивило в ситуации с пандемией в Никарагуа?— Мне кажется, что там нужно более серьезно относится к происходящему. До этого все шутили над этим вирусом, а в итоге большинство сидит на карантине. Не хотелось бы, чтобы там тоже шутили — иначе все закончится не очень хорошо.

Подпишитесь на канал Sport24 в Яндекс.Дзене

 

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх