Свежие комментарии

  • Виктор Артамонов
    Прекрасный ответ Я. Рудковской.Жена Плющенко Руд...
  • Виктор Артамонов
    "В ролике Гном Гномыч, как мальчика называют родители..." Прекратите использовать эту оскорбительную дурацкую кличку,...«Зачем родители п...
  • Галина Миронова
    Прижать бы чпекулнтов, чтоб былВолосожар: «Я уже...

«Решение о его отъезде в США было родительским, случился скандальчик». Интервью первого тренера Гурьянова в КХЛ

«Решение о его отъезде в США было родительским, случился скандальчик». Интервью первого тренера Гурьянова в КХЛ

Денис Гурьянов — один из главных героев плей-офф НХЛ-2020. Он — третий бомбардир «Далласа» (17 очков), в первом раунде оформил покер в ворота «Калгари», а сегодня голом в овертайме вывел «Старз» в финал Кубка Стэнли. В НХЛ 23-летний Гурьянов до сих пор находится в статусе новичка, но его карьера во взрослом хоккее началась еще в 17 лет, когда Денис начал играть в КХЛ за тольяттинскую «Ладу». Sport24 созвонился с Сергеем Светловым — тренером, который поверил в юного форварда и дал ему шанс.

— Начнем с того, что изначально он был очень молодым для КХЛ, ему было немножко рановато играть на этом уровне. Когда мы взяли Дениса в команду, ему было 17 лет, но он был очень талантливым, перспективным и одаренным. Стали понемногу подключать его к тренировочному процессу. Уже в те годы он был достаточно крепкий, неплохо физически сложен, имел очень хорошее катание и технику владения клюшкой. Конечно, ему еще не хватало опыта и зрелости. В те годы он был не готов занять полноценное место в составе, поэтому мы иногда подключали его к играм, давая сыграть по половине игры или по одному периоду.

Он с нами ездил в поездки и потихоньку привыкал ко всему, что происходит вокруг. Денис мне изначально очень понравился своим трудолюбием и работоспособностью.

Он довольно легко вошел в команду, был очень компанейским, сразу нашел с ребятами контакт, а не сидел где-то в уголке в одиночестве. Было видно, что у парня есть хороший потенциал. Денис был симпатичен мне по характеру, в коллективе у него сразу появились друзья и постоянное общение. К нему относились как к молодому игроку, но в то же время как к игроку, у которого есть потенциал, возможности и талант.

Знаете, он иногда торопил нас, тренеров, потому что хотел больше игрового времени. Но я считаю, что мы все правильно сделали, потому что было бы преступлением сразу давать ему большую полноценную нагрузку в виде тренировок и игр. Мы старались не форсировать его подготовку, и поступили, по моему мнению, верно. Хоть у него и было не так много игровой практики в КХЛ, но в тренировочном процессе, предсезонке и в отдельных матчах он проявлял себя очень уверенно, а всю игровую практику добирал в команде МХЛ.

— Могли ли вы в то время представить, что он выйдет на такой уровень: в 23 года своим голом выведет команду в финал Кубка Стэнли?— Сейчас совру и скажу, что все знал и был уверен, что он достигнет таких высот (смеется). Но нет, конечно. Когда ко мне в руки попадает перспективный игрок, я всегда говорю, что могу ему помочь, но все зависит от него самого. На Дениса в 17 лет обратила внимание команда КХЛ и сборная, это был талант, лучший игрок молодежной команды Тольятти, одна из звезд юношеских и молодежных лиг. В моем понимании, немножко рановато он уехал за океан. Но, если сейчас Денис достиг такого высокого уровня, значит, все было сделано правильно.

— Он очень долго пробивался в состав «Далласа», но всегда говорил, что даже не думал о возвращении в Россию. Упорство — это та черта, которая была у Дениса и в юности?— Сложно сказать, все-таки ко мне он попал в 17, в переломном возрасте. В такие годы он еще ничего не мог решить самостоятельно. Родители и агент имели на Дениса большое влияние.

У больших талантов, у которых поначалу все хорошо получается, может закружиться голова, и в таком случае нужно в какой-то момент тормознуться, больно упасть на землю. Мне сложно сказать, как у него все сложилось после отъезда, но в моем понимании он рано уехал. Денис мог поиграть в основном составе, набраться опыта, окрепнуть, и возможно тогда, этот тернистый путь в Америке был бы более коротким. Но это все, конечно, субъективно. Если он все-таки пробился, если о нем сейчас говорит вся Америка, значит, понял, что просто так ничего не дается, нужно пахать, работать, трудиться и укреплять свой талант, чтобы этот талант в итоге перерос в мастерство.

— Знакомы ли вы с его родителями, какое влияние они оказали на хоккейный путь Дениса?— Лично с ними не знаком, не довелось с ними пересекаться, но когда Денис пришел в «Ладу» в 17 лет, у клуба был контакт с его родителями. Понимаете, я считаю, что решение об отъезде было не его. Помню, был небольшой скандальчик из-за его отъезда, потому что клуб был не совсем доволен его решением. Мы воспитали хорошего и талантливого игрока, а он, не успев ничего сделать для первой команды, собрался и уехал. Но это уже дела клуба. В моем понимании, решение пораньше уехать за океан было родительским.

С моей точки зрения, он мог бы на 2 года остаться в «Ладе», закрепиться в первой команде, уже окрепшим ехать в НХЛ, и сразу попасть в первую команду, чем мотаться по фарм-клубам. С другой стороны, эти трудности могли его закалить и дать ему хороший характер, который позволяет сейчас добиваться успеха в НХЛ.

Но, к сожалению, в такой ситуации очень многие молодые ребята пропадают, теряют время и играют в низших лигах. Если есть возможность поиграть пару сезонов в КХЛ в 18-19 лет, то это огромная возможность, чтобы правильно себя подготовить и ехать уже зрелым мастером, так что нашей молодежи, которую мы растим и готовим, не стоит торопиться с отъездом. Я считаю, что некоторые ребята рановато уезжают, и очень многие потом пропадают.

— Валерий Брагин после работы с Гурьяновым в молодежной сборной не раз отмечал, что раньше у Дениса были неправильно расставлены приоритеты, и это тормозило его прогресс. Но затем он очень изменился, и сам Брагин рассказывал, что был приятно удивлен тем, что Денис начал регулярно ходить на разминки и заминки, да и в целом больше работать дополнительно. Скажите, во время вашей совместной работы часто ли Гурьянов изъявлял желание остаться после тренировки, чтобы дополнительно поработать над каким-то элементом игры?— У меня тренировочный процесс построен следующим образом: после работы в общей группе, мы оставляем нескольких тренеров с молодыми ребятами, определяем их слабые стороны и после каждой тренировки в течение 10-20 минут проводим индивидуальную работу. Инициатива в дополнительной работе исходила в первой очереди от тренерского штаба, это наша работа. Поэтому однозначно сказать, оставался ли Денис самостоятельно после тренировок, не могу.

Ему было сложнее, он мотался между нами и молодежной командой, и иногда тренировочный процесс молодежки накладывался на наши тренировки, и наоборот. Но основную часть времени и игр он проводил в молодежной команде. Потому что повторюсь, в 17 лет выходить на поле с мужиками очень травмоопасно. Особенно на усталости.

— Некоторым игрокам нравится, когда тренер оказывает на них давление и повышает голос, таким образом они заводятся, мотивируются. Каким в этом плане был Денис? Может, с ним нужно было наоборот, проводить индивидуальные беседы в спокойной манере?— Мне кажется, что с Денисом лучше спокойно общаться. Естественно, по мере возможностей иногда нужно и подстегивать, где-то крикнуть. Все разные люди, и к каждому должен быть свой подход: одного по головке погладить, другому дать волшебного пинка. Денис пришел в команду в 17 лет, и кричать на него постоянно или хвалить было неуместно. Мы просто смотрели, изучали его, держали в узде и не позволяли чего-то лишнего в поведении, чтобы у него не закружилась голова. Старались воспитывать его, прививать идею «работаешь — получаешь место в составе». И я считаю, раз Денис добился тех высот, которых сейчас достиг, у нас это получилось. Я надеюсь, что на этом он не успокоится.

Подпишитесь на канал Sport24 в Яндекс.Дзене

 

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх